Книга Инфер 9, страница 108 – Руслан Михайлов

— Само собой, он по джунглям! Свободных водных руинников почти и не осталось! Те, кто выжил, теперь ходят под Святыми Брухами или под Дельфинесами.

При этом слова «Святые Ведьмы» он произнес с искренним уважением и даже благоговением, а вот слово «Дельфинесы» выплюнул со с трудом скрываемой злостью. Выдержав паузу, я еще раз кивнул, а затем, чтобы не показаться им тупым кивающим болванчиком, закрепленным на торпеде багги, скривил губы и почти бесстрастно произнес, неспешно выбираясь из машины:

— Дельфинесы…

Переглянувшись, парни придвинулись ко мне ближе.

— Никто не любит этих ублюдков.

— Считают, что океан принадлежит им!

— Слишком уж они поднялись! Рыбакам жизни не дают. Теперь и до руинников водных добрались.

— Океан общий! Как и руины древних!

Кивнув в третий раз, я тяжело вздохнул, одновременно хлопая ладонью по револьверной кобуре:

— Свобода важна.

— Точно!

— Мужик дело говорит! – поддержал бритый наголо. – Дай Дельфинесам волю – они у нас и сушу заберут!

— Лезут и лезут вверх по уровням! В этом году еще один себе отжали. Все говорят, что они этаж выкупили, но я что-то не верю! А этаж хоть и затопленный чуток, но все же хороший. Мои предки оттуда вышли! А теперь что?

— А теперь там дельфины срут, брат! Дельфины срут! – зарычал первый, окончательно растеряв сонливость и с силой сжимая пальцы на рукояти дубины. – Был дом для людей, а стал сральником для татуированных рыб! Херовы афалины!

— Тише, Чилко! Тише! – зашипел второй, толкая друга кулаком в плечо. – Не надо про афалин. Про дельфинов – говори. Про афалин молчи!

— А афалины – не дельфины, что ли? А Дельфинесы – не люди, что ли?

— Тише говорю! Нас же всех командир предупредил не нагнетать! Совет башни заседает. Они все порешают без нас. Хочешь пузом заточку отравленную поймать? Закрой рот, Чилко! Понял?

— Да понял я, Дулко. Понял тебя, брат, – сдуваясь, пробормотал крепыш и убрал руку с оружия. Повернувшись ко мне, он тяжело вздохнул и спросил: – Тебе подсказать чего, руинник? Ты вроде как мужик правильный.

— Тачка, – я кивнул на багги.

— Поставить на платную стоянку хочешь?

— Не. Продать надо. Дорого и быстро.

— Продать? – изумился Чилко. – Ты че? Руинник без быстрой машины – не руинник.

— Эту продам – другую куплю, – усмехнулся я. – Побыстрее. И повместительней.

Мое утверждение вызвало у парней вспышку нового и чуть завистливого уважения. Переглянувшись, они снова заговорили наперебой:

— Реально дело у тебя выгодное.

— Дублоны в карманах всегда звенят, верно?

— Но и опасностей хватает.

— Помнишь того мертвого руинника? Его притащили для похорон. И вытащили из него три сотни пуль! Три сотни, бро!

— Так он попал под пулевой выхлоп какой-то спятившей охранной системы!

— Так говоришь, будто больше такого не случится! Мы вот почему без денег сидим и пыль дворовую глотаем? Да потому что рисковать боимся… а тут кормят четыре раза в день и выходной раз в четыре дня.

— Тачку продать хочу, – напомнил я о своем намерении и закинул на плечо рюкзак.

— Тут купят!

— Тут реально купят. Тачка-то у тебя не гнилая.

Поглядев на их жадные блестящие глаза, я сделал им щедрое предложение:

— Давайте так, парни. Я за тачку хочу сорок золотых дублонов. Если продадите дороже – заберете разницу себе.

— Кого заберем? – не понял меня Дулко.