Книга Кровь и пламя, страница 95 – Руслан Михайлов

Это уровень ниргалов… только в данном случае роль бесстрастно идущих на смерть солдат исполняли пернатые жители неба.

Я убедился в этом сразу же, как только вернулся к платформе подъемника, миновав метатель и не забыв поблагодарить столь метких стрелков, уложивших гномий лопающийся валун так точно в цель. Я успел спуститься, успел облегченно вздохнуть, поняв, что по ущелью не спешат новые десятки врагов. Успел обрадоваться передышке, ведь и небо внезапно очистилось около половины часа назад, и крылатый противник убрался прочь.

Поселение показало себя!

Вот твердость нашей скорлупы! Вот острота наших шипов!

Попробуй-ка разгрызи, Тарис! Обломаешь зубы!

Радовался я недолго. Меня отделяло от подъемника около пятидесяти шагов, когда моя тихая радость закончилась, едва я услышал стремительно нарастающий шум.

Я еще не знал, что спустя несколько мгновений меня ожидает, может, и не самое страшное зрелище в жизни, но вполне, возможно, что самое отвратительное. Убедиться в этом мне пришлось очень скоро.

Птицы… прилетевший со стороны холмогорья, окружающего Подкову, новый птичий вихрь не стал кружиться, не стал пронзительно кричать и не стал пытаться выцарапать нам глаза и разорвать кожу. Нет. Вся огромная стая — сотни птиц! — одновременно исполнила один и тот же слаженный и абсолютно безумный маневр.

— Щи-и-иты! — громовым ревом разнесся оглушающий приказ и тут же застучали краями поднявшиеся щиты, образовав настоящую крышу с частыми прорехами. Торчали вверх редкие копья, но это скорее привычка.

Приказ подоспел вовремя, подстегнув совсем молодых и зеленых, не чувствующих еще дыхание опасности.

А затем вся прибывшая невесть откуда птичья армия в едином слаженном порыве взмыла круто вверх, так высоко, что я едва-едва мог их различить в небесной синеве. Одновременный крик с небес… и спустя миг мы узрели несущуюся вниз сплоченную массу, направленную точно на внутренний двор. Воины не зря подняли щиты… но их задело самым краем удара.

Лишь несколько десятков пернатых тел простучало по щитам.

А вся остальная масса, словно живая молния, ударила в гранит внутреннего двора. Ударила с немыслимой силой.

Самоистребление — только это слово пришло в мой пораженный ум, когда я в невольном ступоре застыл на месте, будто громом пораженный. Птицы именно пикировали! Головами вниз! Изо всех сил работая крыльями в своем последнем полете, ведущем к ужасной смерти!

Итог был закономерен…

За сегодняшний кровавый день я уже навидался смертей — в том числе и птичьих.

Но в этот раз масштаб поражал воображение! И ужасал сознание!

Сотни птиц с диким хрустом, чавканьем и криками разом ударились о холодный гранит и землю и тут же погибли, усеяв практически весь двор пятнами разбрызганной крови, перьями и кусками мяса. И там же, среди кружащихся окровавленных перьев и пуха остались лежать два человеческих тела… Создатель… Я видел их перед самым ударом. Женщина и мужчина. Он окровавленный уходил в жилую пристройку, две женщины ему помогали, но одна, видать, успела юркнуть под защиту крыши. А эти двое нет… и выжить после такого чудовищного удара сумел бы только бронированный ниргал.

С шумом выдохнув, я в ярости ударил себя кулаком по бедру. И еще раз. И еще раз — заставляя разум очиститься. Заставляя задуматься о происходящем. И одновременно двигаясь к платформе.