Онлайн книга «Кровь и пламя»
|
— Дым от костров, над которыми жарятся пойманные нами в одном из поселений детишки… они так корчились, когда пламя лизало их тела… — О, когда я буду убивать тебя, ты станешь корчиться куда сильнее, чем невинный ребенок, привязанный к вертелу, — заметил я бесстрастно. — Я обязательно об этом позабочусь, мразь. — Мразь? А ты тогда кто? Или вернее — что ты такое? Я видел, как ты убил птицу смерти. — Птицу смерти? Какое нелепое название! Ты сам придумал, да? — Нет. Это древнее название. Я лишь перевел с уже мертвого языка. — Мертвец переводит с мертвого языка… как интересно… и что? — Ты сам давно не человек. Не знаю, что ты… но не человек! А скольких гоблинов ты убил, когда разорял гнездовища шурдов? Скольких невинных гоблинских детишек растоптали твои сапоги? Скольких новорожденных шурдов раздавили твои латные перчатки? Дети ведь еще не совершили греха! Не сделали ничего плохого! Но ты истребил их, Корис! Не так ли?! — Не спорю, — ответил я глухо. — И придет время, когда мне придется дать ответ за свои деяния. Как и тебе. — Мы оба чудовища! — Попрощаемся на этом открытии? — Стой! Наш разговор еще не окончен, Корис. — Это ты так решил? — Так решила судьба! — в голосе принца не чувствовалось пафоса и наигранности. Казалось, что он на самом деле верит в свои слова. — Возможно, — пробормотал я. — Хотя нет — это правда. Я и появился лишь из-за тебя. Ради того, чтобы освободить тебя из узилища. Слушай, Тарис, я преисполнен такой дикой ярости к тебе, что едва завидев, сразу кинусь ломать твои кости… и поэтому разговора с глазу на глаз у нас не получится. А вот так… на расстоянии… можно и поболтать разок. У меня к тебе есть вопрос — что ты знаешь о строящемся в Диких Землях каком-то темном храме? Якобы в том месте распоряжается некий Источник Скверны или же Темный Наставник. Не слышал о таком месте? Ответом мне стал бешеный нечеловеческий вой. Заключенный в шкатулке сломанный кинжал задрожал, пропуская через себя немыслимо сильные эмоции Тариса. Далеко от Подковы, из небольшой рощи разом взлетела в небо стая кричащих птиц. Вот это да… А Тарис Ван Санти, напрочь позабыв обо мне, продолжал кричать. Вопить! Иной раз визжать! А затем тонкий взбешенный визг переходил в звериный рев разъяренного медведя. Что за беснование… «Он безумен полностью», — прошелестело у меня в голове. Нет, я и раньше иной раз задумывался о пробывшем в столь тесном и мучительном заключении принце. Но учитывая пусть крайне прямолинейную и наполненную злом, но все же логичную направленность поступков Тариса, я считал его достаточно… м-м-м… уравновешенным? Сумасшедшим лишь отчасти? Не знаю. Не подобрать точного эпитета. Сейчас же я слышал крики абсолютно спятившего человека, не могущего, да и не хотящего себя контролировать. Абсолютно чистые эмоции лились по воздуху, эмоции настолько накаленные, что несли в себе крупицы жизненной силы, доходящей до меня и до кинжала, — и мы оба жадно впитывали эти крохи. Мерзкий артефакт содрогался внутри шкатулки, походя на странного пса, радующегося ласке своего не менее уродливого хозяина. Сколько кричал Тарис? Долго… очень долго… слишком долго… любое другое живое существо давно бы уже сорвало голосовые связки и смогло бы лишь едва слышно хрипеть. Но Тарис продолжал кричать во весь свой неослабевающий голос. |