Книга Тернистый путь вниз, страница 37 – Руслан Михайлов

Большая часть деталей вылетает из головы при виде того самого шлема, но с вырезанной нижней частью, открывающей рот. Блестящий черный материал шлема и необычная его форма сразу приковывали к Дорту всеобщее внимание.

Поэтому не каждый мог заметить отсутствие сумки или заплечного мешка. А это говорило о многом – в играх каждый носит с собой мешок, ведь это объем инвентаря, объем возможной добычи, запас зелий. Но плащ Дорта свободно свисал с плеч и нигде не топорщился. Он шагал налегке. Ну да – ведь его кумир темный джедай переноской связок крысиных шкур или десятков килограмм лягушачьей слизи не занимался. Значит и сам Дорт не будет. Потому его фигура избавилась от «горба» присущего подавляющему большинству игроков. Но рюкзак или его подобие все же наверняка имелись. Просто хорошо скрыты или сделаны частью костюма – есть такие. Я сам видел, как однажды Баронесса достала из черной куртки полсотни зелий и раздала сокланам. Они бы не поместились у нее за пазухой. Даже с учетом некоторых особенностей ее реальной фигуры.

Дорт больше не выглядел неумелым комиком. Шагал широко, плечи расправлены, голова поднята, на ходу бросает короткие фразу клубящемуся рядом облаку подчиненных. И его слушают. К нам шагал не опереточный паяц, а действительный глава клана занимающийся делом. И мало ли кого он сделал для себя кумиром – почему не темный джедай, личность широко известная и могущественная? Хороший образец для подражания.

Уровень Дорта – сто восемьдесят первый. И я не вижу Папоротника – его вечную спутницу эльфийку лучницу. Они окончательно разошлись?

Что самое примечательно – его ник мирно-зеленый. Снабжен короной клана. Агр-клана, насколько я понимаю. Но сейчас нет и намека на красноту. Каким-то образом разбойник очистился от грехов. Не иначе в пустыне отлеживался? Или добрые дела пачками совершал. Ну или же сейчас работает какой-то мощный артефакт скрытый в его одежде. Такой мощный, что даже стражи ничего не углядели.

— Шелк и сталь – пробормотал я друзьям, хорошенько рассмотрев приближающегося Дорта.

— Женский выбор – ответил Бом – Такие в постели кинжал в горло норовят воткнуть, едва ты заснешь после бурной ночи. Берегись, босс. Даже и не думай!

— Обалдел?

— Предлагаю дождаться, когда он подойдет вплотную и портануться – донес Док свое мнение до всеобщего внимания.

— А ты жестокий – фыркнул Бом, хлопнув Дока по плечу – Уважаю, любитель шаловливых демониц! Умеешь обиду нанести. Он так долго и важно к нам шагает, мысли в голове ворочает, брови хмурит, язык разминает, сяжки расправляет, яйцеклад полирует. Готовится поразить и ошеломить. А тут хлоп и мы улетучились с хохотом глумливым. И последними растаяли в воздухе три гордо оттопыренных средних пальца… мысль хорошая! Поддерживаю!

— Нет – отмел я предложение – Поговорим. Меня достал этот репей. Надоело сталкиваться с ним в самых неожиданных местах и выслушивать бред зациклившегося на мести пацана. Поэтому у меня к нему свое предложение. А потом уже гордо оттопырим средние пальцы. Если придется. А как это вообще можно сделать гордо?

— Смотри, босс! – оживился Бом – Руку поднимаешь будто хочешь ухо почесать, по ходу дела небрежно так сжимаешь кулак, опускаешь руку почти не сгибая в локте, в последние секунды неспешно оттопыриваешь средний палец и подносишь упырю в область носа. Одновременно выпячиваешь презрительно нижнюю губу, смотришь на средний палец, находишь на нем пылинку или козявку, после чего большим пальцем той же руки стряхиваешь ее на нос упыря и говоришь: «Только не потеряй. Она лучшее в тебе…».