Книга Ведомости Бульквариуса 4, страница 56 – Руслан Михайлов

— Добрый день, чужеземец – дребезжащий голос отвлек меня от мыслей и записей.

Вскинув голову, я глянул на окликнувшего меня, поспешно вскочил и склонился в неглубоком поклоне:

— И вам доброго дня, уважаемый. Не помешал ли вам чем часом?

— Что ты, что ты – стоящий передо мной невысокий дедушка, выглядящий ровесником самого мироздания, беззубо улыбнулся и кивнул на краба – Поблагодарить тебя хотел. Это мой дом. А черви...

— И черви ваши? – предположил я.

— А вот черви ничейные. Вредители проклятые. В иле копошатся нанесенном, стены подкапывают потихоньку. Того и гляди завалятся стены и останусь я на склоне лет без крыши над головой...

— Это не дело.

— Не дело – согласился старичок – Поэтому и благодарю тебя, что помогаешь сократить их проклятущее поголовье.

Глянув на стены невысокой приземистой постройки, я задумчиво кивнул. Да уж...

Прочные стены сложены из обломков природного камня. От лежащей чуть выше дороги постоянно сносит взбаламученный ил и песок, что оседают у стены длинным валом и служат отличным пристанищем для всеядных донных червей. Мой краб неплохо так пирует, почти поднял уровень на этих склизких негодяях, но что толку? Они плодятся быстрее, чем Фортис их поджирает.

Заложивший руки за спину старичок продолжал кивать и улыбаться. Радуется так сильно, словно я его избавил от всех червей разом...

Хотя...

Щелкнув крышкой часов, я посмотрел на стрелки и обернулся. Где-то ведь я их видел... ну да. Молодые парни «местные», кучкующиеся у термитного ленивого костерка неподалеку от дороги. Пьют кофеек и ждут найма. Вот я им его и обеспечу. Попросив удивленного дедулю чуть обождать, я подошел к четверке парней и после коротких переговоров, они поднялись на ноги, похватали свой нехитрый инструмент и поспешили за мной...

Когда через час я покидал крохотное селение, успев проводить дальше своего загруженного плезиозавра, нанятые мной за восемь серебряных монет уже освободили от наносов обращенную к дороге стену дома и перешли к откапыванию боковых. Стоящий у наполовину занесенного песком садика старик махал мне на прощание, и я ответил тем, уносясь попутным течением. Мне перепало от старичка целых две единицы доброжелательности, но мне хватило и его обрадованной улыбки.

Стоит ли радость незнакомого мне старика целых восьми серебряных монет в тот момент, когда мне не удается свести дебет с кредитом и я терплю убытки? Ну... ответ очевиден – да, стоит.

Глава седьмая.

К закату Фортес достиг двадцатого уровня.

Что тревожно – он стал еще крупнее. Все труднее таскать его за спиной, когда он обхватывает меня лапами, клешни торчат у меня над плечами, а глаза на стебельках колышутся у меня над макушкой. И без того вид сюрреалистический, так еще краб и подрос... Буквально час назад какой-то местный пацаненок в ужасе заверещал, тыча в меня дрожащим пальцем:

— Краббер! Краббер! Краббер явился! Жу-у-у-уть!

На него шикнула и увела мамаша, но осадочек как говорится остался.

Что приятно – с достижением двадцатого уровня у моего краба резко скакнула грузоподъемность и теперь она равнялась двадцати пяти килограммам полезной нагрузки. Теперь я мог либо защитить его тяжелыми доспехами, либо... использовать в качестве переносчика моих вещей и товаров. Само собой, я выбрал последний вариант и Фортес стал моим личным носильщиком, таская на себя все то, что я невольно приобретал во время своих мотаний по дорогам, проселкам и селениям.