Книга Пятая река, страница 24 – Наталия Фишер

Через четверть часа у костра остались только Дэн, Ася, отец Алексий и кучка детей, мечтающих услышать новые фантастические истории о местах, в существование которых они и поверить-то не могли. Они были рады, что взрослые девицы так быстро отцепились от гостя. Лес засыпал и окутывал Пятиречье мокрым туманом, в котором даже Белые ночи, уступавшие теперь место тьме, казались блекло-серыми.

— Расскажите, расскажите еще! – умоляли дети, неистово зевая и потирая глаза.

Дэн успел поведать, что в Лахте никто не умирает от болезней в молитве и уповании на волю Спасителя. Нет в этом идеально изолированном от улицы мире ни ветра, ни солнца. Никто не возделывает поля, не ждет дождя и не страдает от неурожая – в безвкусной синтетической еде строго рассчитаны калории, а каждого члена общины, как они себя называли, ежемесячно сканируют на предмет нарушений в организме. В Лахте нет веры в Спасителя, нет даже преданий, что передают из уст в уста в Пятиречье. Никто не ходит на исповеди, и отмечают не религиозные праздники, а новые научные открытия, которых, впрочем, давно не случалось. Жители Лахты с детства работают в лабораториях и изучают сложнейшие процессы, происходящие в человеческом теле. Они изучают все: воду, воздух, растения, которые удается добыть. Но сейчас технологический прогресс застопорился, и мир Лахты достиг той точки, когда жизнь – лишь плотское наслаждение без запретов и морали и созерцание.

Дети слушали с открытыми ртами и округлившимися глазами. Ася и сама то и дело замирала, пытаясь вообразить идеальный белый мир из пластика, подчиняющийся законам науки и техники, а свобода и желание ценятся больше всего прочего. Ребята поглядывали на отца Алексия в ожидании, что тот обвинит Дэна в ереси и выгонит, но он молчал, лишь изредка возводя глаза к небу.

Что удивило детей больше всего, а потом вызвало тихие смешки и улюлюканье – это возможность молодым людям свободно встречаться. Сначала они решили, что Дэн просто избавился от назойливого женского внимания, соврав про свободные отношения без венчания, но гость из Пустоты стоял на своем. Институт семьи и брака в Лахте давно упразднили. Не имели значения ни возраст, ни пол, ни статус, лишь влечение и обоюдное согласие на связь. Дэн утверждал, что так не накапливается стресс. Кто-то из ребят постарше, краснея до кончика носа, открыл рот, чтобы задать уточняющий вопрос, но отец Алексий осадил его движением руки.

— Хватит с вас, – повелительно объявил отец Алексий. – Давно пора спать, школу и работу завтра никто не отменял. Денис пробудет с нами еще некоторое время, успеете всё выспросить.

Дети радостно переглянулись, поклонились священнику, помахали рукой Асе и скрылись в глубине деревни.

— Пойду и я. – Отец Алексий поднялся. – Ася, не засиживайся, нашему гостю нужен отдых после дальней дороги.

Ася покорно кивнула, удивляясь внезапному добродушию священника. Заведи она подобный разговор с детьми сама, и две недели не выходила бы из церкви, а тут такие рассказы…

— Ася. – Дэн неожиданно оказался прямо за спиной девушки, и она вздрогнула. – Позволь проводить тебя до дома.

— Да, конечно. – Она вдруг стушевалась. – Тут идти от силы минуту, но спасибо.

— Это я должен говорить спасибо. Если бы не ты, я бы не выжил. Моя спасительница!