Книга Разрушитель, страница 46 – Сергей Зайцев

И уж точно без моей помощи.

Кроме того, существовала ещё одна зацепка, не позволившая моей ярости вспыхнуть в полную мощь. Наша духовная связь с Крохой всё ещё не оборвалась окончательно. Она истончилась, изменилась, перестала дарить привычный тёплый отклик, но всё же Кроха каким-то чудом оставалась жива. И когда этот процесс завершится, то кто знает, что нас ждёт впереди…

Не стану торопить события. Просто подожду. Да и текущие проблемы никуда не исчезли, так что стоит заняться восстановлением собственных сил без промедления. И первым делом — восполнить энергию через глубокую медитацию.

Как первожрецу Алана Тёмного мне выгоднее всего восполнять энергию возле его статуи-аватары. Впрочем, Колыбель для этого занятия тоже отлично подходит. А поскольку внутренний протест не позволил сейчас уйти от Крохи, я без лишних колебаний остался здесь.

Попробовал стянуть шлем, но обнаружил, что ладонь занята флягой с лечебным зельем — кто-то из соклановцев всучил по пути, а я, поглощённый раздумьями, принял её машинально, даже не заметив дарителя. Отлично, весьма своевременно. Добрый глоток живительной влаги освежающим потоком скользнул в желудок.

Сняв шлем, криво ухмыльнулся при виде глубокой вмятины на затылочной части. Тяжёлый удар палицы шатуна едва не вышиб мне мозги. Стихшая было рана на затылке от этой мысли заныла с новой силой. Прострелило болью левую скулу и спину между лопаток, настойчиво напоминая, что пора, наконец, подлечиться. Расстегнул крепления искорёженного панциря, сбросил его рядом со шлемом на пол и повёл плечами, наслаждаясь непривычной свободой. Лишь после этого уселся у подножия формирующейся статуи Дживы Покровительницы, привычно скрестив ноги в позе лотоса.

Отправил Колыбели мысленный приказ запустить ремонт привязанной к душе экипировки. Активировал репликацию утерянной правой перчатки. Шлем и панцирь окутались едва заметным сиянием преобразования, а рядом возник сгусток энергетического поля, где принялась собираться, словно с помощью невидимого 3D-принтера, перчатка.

Прежде чем погрузиться в медитацию, раскурил «Молчаливую подругу» и основательно затянулся. Эффект «Умиротворения» притупил тревогу, обволакивая сознание мягким успокаивающим маревом.

Вот теперь можно и делами заняться.

Стоило об этом подумать, как разума едва ощутимым тёплым ветерком коснулась аура божественного одобрения. А может, мне просто почудилось — слишком я вымотался сейчас, чтобы разбираться в тонкостях чувств и улавливать нюансы их оттенков.

Медитативный транс не мешал размышлять о делах, главное — сохранять относительную неподвижность, дабы не прерывать процесс. Сознание в таком режиме словно разделялось на два потока — на саму медитацию и на всю остальную мысленную суету.

Мерзкие дебаффы под воздействием восстанавливающих аур Цитадели серьёзно ослабли и почти не досаждали. Хорошо бы от них совсем избавиться, но Кроха и раньше не могла снимать такие тяжёлые проклятия «Астральной чистотой», а сейчас все её способности тем более заблокированы…

Твою же… Стоило вспомнить о дебаффах, как «Объятия смерти», «Мерзкое истощение» и даже «Великое изнурение» — всё мгновенно испарилось. Причём в логах событий не отразилось, кто именно это проделал. С плеч будто свалилась огромная тяжесть, и я невольно выпрямил спину. Осталась лишь «Печать смерти», вызывающая перманентную ненависть фракции и позволяющая наносить по мне на четверть усиленный урон, но сейчас, в Цитадели, она никакой роли не играла.