Книга Разрушитель, страница 31 – Сергей Зайцев

Нет.

Не дождёшься.

Не знаю, как Тарп здесь оказался, как догадался подогнать сюда кораблик, но это невероятная удача для меня. Так что я и не думал тормозить Фурию, хотя до края Бездны оставалось с десяток метров. Напротив, мысленный приказ заставил дикошу рвануться вперёд, выжимая все соки из немногих оставшихся сил. Снаряжение, всё это время дожидавшееся именно такого момента в подсумке на груди питомицы, доставать уже было некогда. Придётся обойтись как есть. Не первый раз я рискую сейвом в отчаянных условиях и не последний, так что…

Твердь исчезла под лапами дикоши; крылья широко распахнулись, загребая ринувшиеся навстречу из бездны пыльные воздушные потоки. Если бы я висел на тросе под тушкой питомицы, то сбалансированный таким образом центр тяжести позволил бы нам лететь дальше без помех, но я сидел на шее Фурии, и её почти сразу, несмотря на отчаянные взмахи крыльев, повело мордой вниз.

Успею. Нужно всего несколько секунд, и я избавлю дикошу от проблем с полётом. Уже вижу, где должны пересечься наши встречные скорости — Фурии и «пёрышка»…

Нам не повезло.

В воздухе мы стали лёгкой мишенью.

Тёмные жгуты заклинания Ревуна ударили во вспыхнувшие на пути скорлупки «Щита льда», пробили их и угасли. Но несколько хлыстов, словно острыми клинками, разрубили ничем не защищённые крылья дикоши. И мне ничего не оставалось, как прыгнуть «Теневым проколом», предусмотрительно оставленным на такой отчаянный случай, вперёд — к маяку, установленному на суденышко.

Бросив погибающую Фурию.

Тревожный выкрик ударил по ушам, стоило ногам после переноса коснуться мрамора под маяком. Сбоку метнулась клыкастая тень, вытягивая длинные костлявые конечности. Инерция прыжка протащила подошвы сапог по зеркальной глади пола словно по льду. Тень пролетела мимо, возле самого лица взвихрился воздух от промелькнувших острейших когтей. Резким рывком я развернулся в движении, смещая центр тяжести и вскидывая «Пламень» для отражения атаки.

Не потребовалось.

Могучая фигура древнего гхэлла возвышалась на фоне сияющего портала подобно божеству возмездия. Реакция у «старика» оказалась феноменальной — его ладонь уже сдавливала шею прыгнувшей на меня твари, заставляя ту извиваться от боли. Он среагировал за долю секунды и перехватил врага с лёгкостью фокусника. Отчётливо хрустнуло под серыми пальцами гхэлла; пустотник обмяк, и Тарп отшвырнул тушу на пол, после чего окинул любопытным взглядом зал Цитадели. Пустотников ему прежде видеть явно не доводилось — на Архипелаге живность давно знакомая и совершенно иная. Да и архитектура Цитадели разительно отличалась от примитивных обычаев строительства в островном мире.

Интерфейс, кстати, включился мгновенно, стоило лишь оказаться в родном подконтрольном пространстве. Синергия Цитадели окружила тело бодрящими потоками, но до открытия второго дыхания всё же было далеко. За считанные секунды самочувствие не исправишь, требовалось время.

Тем не менее всё осталось позади.

Я выдохнул, чувствуя, как уходит дикое нервное напряжение, неотступно преследовавшее меня последние часы. И тут же навалилась свинцовая усталость; плечи сгорбились, а ноги налились тяжестью.

О плохом сейчас думать категорически не хотелось — нужно было сперва привести себя в порядок: нервы, доспехи и план действий. Фурия… К чёрту. Не Фурию, естественно, а сам факт её гибели. Позже. Смерть питомца — это всегда личная боль хозяина, и даже хорошо, что «Изнурение» всё ещё действовало, приглушая душевные терзания. Хоть какая-то польза от состояния нестояния. Может, и вовсе пока не стоит её воскрешать? Нет. Если, имея такую возможность, я этого не сделаю, то подобное станет сродни предательству. Фурия этого не заслужила. По сути, именно я принёс её в жертву Ревуну; без меня она вполне смогла бы спастись.