Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 235 – Александр Майерс

— По вам это видно, — Игнатьев повёл рукой в перчатке. — Вы же неглупый человек и понимаете, чем грозит нарушение мирного договора с моим господином. Это нам и предстоит обсудить.

Советник уселся в кресло, положил руки на подлокотники и выжидающе уставился на барона. Тот, чувствуя себя униженным, прошёл через комнату и сел напротив Альберта.

Тот сложил пальцы домиком и произнёс:

— Поздравляю с удачной сделкой, Леонид Олегович. Могу предположить, что вы не согласились отправить Градову войска, и предпочли откупиться ресурсами. Я прав?

Успенский схватился за подлокотники, чтобы скрыть дрожь. Изо всех сил стараясь сохранять невозмутимость, он ответил вопросом на вопрос:

— С чего вы взяли?

— С того, что я тоже не глупец. Я догадывался, что у Градовых сохранился кровный договор, и что вскоре он вас призовёт. По поручению графа Муратова за вами следили и узнали, что недавно вы были в поместье Градовых. Надеюсь, вы не станете это отрицать?

— Не стану, — выдавил Леонид.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Альберт. — Значит, я верно предположил? Владимир Александрович хочет получить от вас ресурсы? Что конкретно вы согласились передать?

— Я… не имею права об этом рассказывать.

— О, безусловно, честь не позволяет раскрывать секреты союзников. Но давайте проясним кое-что, — советник наклонился вперёд, впиваясь взглядом в лицо Успенского. — Если вы не согласитесь сотрудничать, ваш род будет уничтожен. Ваша прекрасная усадьба, — он обвёл рукой вокруг, — станет вашей могилой.

— Как вы смеете угрожать мне в моём собственном доме! — сказал барон, пытаясь разжечь в себе гнев.

Увы, не получалось. В груди было так холодно от страха, что даже крошечная искорка не разгоралась.

— Мы знаем, где живут ваши сыновья в Москве, — невозмутимо продолжил Альберт. — Один приказ — и их убьют. Род Успенских прервётся. Ваша дочь, я слышал, беременна? Вы не увидите внука. Да и внук ваш не успеет увидеть мир.

Намёк на то, что его дочь убьют вместе с нерожденным ребёнком, всё же вызвал в бароне злость. Он до боли стиснул подлокотники и прокричал:

— Что ты себе позволяешь, безродный⁈ Да я прямо сейчас придушу тебя и отдам тело свиньям! Муратов даже не узнает, что с тобой случилось!

— Сколько агрессии, — не шевельнувшись, произнёс Игнатьев. — Если бы вы так же рьяно помогали Градовым, возможно, война повернулась бы иначе. Рекомендую не совершать глупостей. Если я умру — то всё, что я сказал, неизбежно сбудется. Рудольф Сергеевич прекрасно знает, где я нахожусь и с какой целью, так что если я не вернусь…

Советник откинулся на спинку кресла и щёлкнул пальцами. В этом щелчке Успенскому послышался грохот рушащегося дома. Он с трудом сглотнул комок в горле и спросил:

— Чего вы хотите?

— Сотрудничать. Со мной напрямую. Вы станете докладывать обо всём, что планирует Градов. А я… — Альберт сделал короткую паузу, — не расскажу графу Муратову о вашей щедрости.

— Как это? — выдавил Леонид.

— Очень просто. Я скажу ему, что кровный договор утерян, и Владимир пытался уговорами привлечь вас на свою сторону. Вы отказались. Вот и всё.

— Но поставки боеприпасов…

— Значит, Градов хочет получить от вас боеприпасы? — перебив, усмехнулся Игнатьев. — Наверняка ещё оружие и пушки?

Барон промолчал, но ему казалось, что советник легко читает ответ в его глазах.