Книга Абсолютная Власть. Трилогия, страница 225 – Александр Майерс

— Нет, спасибо.

Пальцы Успенского забарабанили по коленям, но он тут же остановился и провёл рукой по жидким седым волосам. Залысины на лбу барона были тщательно зачёсаны, но выглядело это нелепо.

По мне, если мужчина начинает лысеть, ему лучше сразу начать брить голову наголо. Попытки скрыть проплешины, как правило, выглядят жалко.

Мы молчали. Каждый раз, когда наши взгляды пересекались, Успенский быстро отводил глаза к окну, за которым уже начали мерцать первые звёзды.

— Владимир Александрович… — начал он, поправляя воротник рубашки.

Я поднял ладонь, прерывая. Открыл ящик стола и вытащил оттуда свинцовый тубус, а из него — кровный договор.

— Ваша подпись, Леонид Олегович?

— Моя.

— Вы подписывали этот документ в здравом уме и твёрдой памяти?

— Мы что, находимся в суде? — барон подпрыгнул на стуле. — Может, мне вызвать своего адвоката?

— Адвокат не поможет, — сказал я, не спуская глаз с Успенского. — Вы нарушили договор. Можете объяснить, почему ваших войск не было в битве под Орловкой?

— Обстоятельства, — пробурчал Леонид Олегович. — Дороги размыло, в том числе благодаря тем ливням, что призывали маги Градовых!

— Хотите сказать, мой отец сам виноват, что вы не пришли на битву?

— Я уж точно ни при чём, меня там не было! Командовал мой воевода.

— Ответственность лежит на вас, и ни на ком ином, — я ткнул пальцем в договор.

Успенский сглотнул, кадык запрыгал на его дряблой шее.

— Мы сделали что смогли. Нас обстреляли на марше! Артиллерия фон Берга…

— Мне это известно. А также известно то, что после этого вы заключили с нашими врагами сепаратный мир. По сути, вышли из войны, нарушив условия договора. Я прекрасно понимаю, на что вы рассчитывали — глава рода мёртв, армия разбита. Один наследник убит, второй в плену, третий где-то далеко… Вы думали, что никто не сможет заново дать договору силу, — я откинулся на спинку кресла и развёл руками. — Но вы ошиблись. Барон Градов снова у себя в поместье.

— Поздравляю с получением титула, Владимир Александрович, — пробормотал Успенский.

— Вы слегка опоздали, но спасибо. А теперь о деле. Ваши войска должны немедленно прийти в боевую готовность и прибыть сюда, в мои владения.

Успенский снова провёл ладонью по залысинам, раздумывая над ответом.

— Я… — выдохнул он. — Подождите, давайте сначала обсудим, что вы вообще собираетесь делать. Вы хотите дальше воевать?

— Конечно.

— Но это безнадёжно, ваше благородие! — воскликнул Леонид Олегович, в его голосе послышались истеричные нотки. — Ваши земли захвачены, поместье окружено. Как только прекращение огня закончится…

— Война продолжится, — твёрдо сказал я. — И завершится нашей победой. Но вашей дружине предстоит принять на себя первый удар. Не знаю, выживет ли кто-нибудь из них — но они погибнут героями, в этом можете не сомневаться.

Я блефовал. Жертвовать простыми солдатами, которые не виноваты в подлости своего барона — не мой стиль. Я лишь хотел проверить, как сам Успенский отреагирует на такой вариант.

— Я не позволю пустить своих людей на убой! — воскликнул он, грозя пальцем.

— Не повышайте голос в моём кабинете, — холодно произнёс я.

Несколько мгновений мы молча смотрели друг другу в глаза. Леонид Олегович быстро сдался и отвёл взгляд.

— Я не могу пожертвовать дружиной. Это же такие убытки… — он посмотрел на меня, сглотнул. — Да и люди погибнут! — поспешно добавил он. — У них семьи, дети, у меня тоже семья. Я не могу рисковать…