Книга Абсолютная Власть 4, страница 81 – Александр Майерс

— Тем лучше, — ответил я. — Но теперь она всё равно считает меня должным за спасение моих людей. Где именно ты видел Зубра? Опиши место.

Михаил подробно описал ущелье и его местоположение.

— Хорошо, — сказал я. — На днях вернусь домой. До встречи.

— До встречи, брат, — ответил Миша, и связь оборвалась.

Я открыл глаза и увидел перед собой озабоченное лицо Петра Алексеевича.

— Плохие вести?

— Худшие из возможных, — откровенно признался я. — Тот, кого мы называем Зубром… его сила не просто возросла. Она стала на порядок выше. Он в одиночку разгромил целый отряд моих дружинников. И едва не убил моего брата.

Я кратко пересказал суть, опустив лишь мотивы Михаила и его встречу с Карцевой.

Лицо Ярового стало мрачным, как грозовая туча.

— Я же говорил! Мы должны торопиться! Я уже объявил новый набор в дружину, начал закупки дополнительного оружия и артефактов… Но этого, похоже, недостаточно. Нужны более решительные меры. Мобилизация. Координация всех сил региона.

— Согласен, — я сделал глоток кваса, и он показался мне горьким. — Но мы упираемся в политику. Дворянский совет, увы, слишком занят интригами и грызнёй за пост генерал-губернатора. Пока они не выберут нового лидера, серьёзной помощи от них мы не дождёмся. Каждый тянет одеяло на себя.

— Бездарные идиоты! — выругался Пётр Алексеевич.

— Я постараюсь ускорить выборы, — пообещал я. — Это теперь становится не просто политической задачей, а вопросом жизненной важности. Но сначала мне нужно домой. Там теперь есть чем заняться. А с вами, Пётр Алексеевич, мы договорились. Мы усиливаем Очаг, координируем патрули и готовимся к худшему. А ещё… я побеседую с Гражданским советом Приамурья. Простолюдины, в отличие от многих дворян, видят угрозу яснее. Возможно, они смогут помочь людьми, ресурсами, организацией работ. Их голос тоже должен быть услышан.

Яровой кивнул, и в его глазах читалось понимание.

— Действуйте, Владимир Александрович.

Мы встали из-за стола. Предстоящая дорога домой казалась броском на новый фронт — на сей раз не политический, а самый что ни на есть реальный.

Игра вступала в новую, смертельно опасную фазу, и от наших действий теперь зависело не просто влияние, а само выживание Приамурья.

Пригород Владивостока

Тем же вечером

Игнатьев приказал водителю остановить автомобиль на пустынном участке дороги, в нескольких километрах от Владивостока. Город остался позади, его вечный гул сменился тишиной, нарушаемой лишь ветром и криками одиноких птиц.

Альберт вышел из машины, поправил перчатки и направился вглубь редкого леса.

«Идеальное место для заговора, — язвительно отметил он про себя, оглядываясь. — Ни души, только природа. Как поэтично».

Он отошёл достаточно далеко, чтобы огни города стали лишь бледным заревом на горизонте, и нашёл небольшую поляну, окружённую старыми соснами. Достав из кармана карманные часы, он щёлкнул крышкой. Без двух минут пять. Идеально.

Альберт открыл шкатулку. Внутри, на бархатной подкладке, лежал кристалл размером с куриное яйцо. Он был идеально прозрачным, с едва заметной внутренней игрой света.

Игнатьев узнал его — артефакт для дальней магической связи. Очень дорогой. И, что характерно, одноразовый, если под рукой нет сильного мага-призывателя, способного стабилизировать и поддерживать канал.