Книга Абсолютная Власть 4, страница 36 – Александр Майерс

Громовержец в руках Зубра был теперь не просто оружием, а частью его воли. Он мог выстрелить снопом игл, облаком дроби, меняющей траекторию в полёте, или пулей, способной прошить скалу насквозь.

Но этого было мало. Голос в голове толкал дальше, заставляя касаться самого сердца хаоса — магических аномалий, усеивающих архипелаг. Сначала это были лишь попытки стабилизировать мелкие, нестабильные разрывы реальности. Они вырывались из-под контроля, обжигая разум Зубра леденящим холодом Пустоты.

Но с каждой неудачей он учился.

Сейчас Николай стоял перед трепещущим в воздухе пятном, из которого сочился фиолетовый, ядовитый свет. Вокруг витали обломки скал и искры дикой магии. Зубр протянул руку, и его пальцы, покрытые недавно проступившими серебристыми узорами, сжались в кулак.

Мускулы на шее напряглись, лицо исказилось гримасой нечеловеческого усилия. Аномалия затрепетала, её края начали сжиматься, свет померк, но затем с новой силой рванулся наружу, отшвырнув Зубарева метра на два. Он тяжело рухнул на камни, зарычав сквозь зубы от боли.

«Слабо, — прозвучал в его сознании ледяной голос. — Ты всё ещё цепляешься за свою смертную сущность. Отпусти её. Позволь силе течь через тебя, а не бороться с ней».

— Заткнись! — прохрипел Николай, поднимаясь.

Он подошёл к луже с дождевой водой и умыл вспотевшее лицо. Посмотрел на своё отражение. Тот, кто смотрел на него, был лишь отдалённо похож на прежнего Зубра. Кожа приобрела бледный, серебристый оттенок, будто под ней текла не кровь, а ртуть. По рукам и шее расходились тёмные, похожие на руны узоры. Глаза горели холодным стальным блеском.

Но если такова была цена за великую силу — то это сущие пустяки.

Справа раздалось урчание. Зубарев повернулся и увидел монстра. Он выглядел как волк, чья спина была покрыта двумя рядами шипов. За его спиной собрались и другие твари.

— Не лезьте, — буркнул он.

Авторитет Николая среди местной фауны стал абсолютным. Монстры сбивались в стаи и следовали за ним, как приручённые псы. Они чувствовали в нём родственную душу — существо, в котором хаос обрёл форму и волю.

«Хватит тренироваться на бездушных аномалиях, — прошептал Мортакс, и в его голосе слышалось нетерпение. — Пора проверить нашу мощь на чём-то более… одушевлённом. На тех, кто может кричать, бояться и умирать».

По лицу Зубарева проползла ухмылка, которую он не сумел сдержать. Идея была соблазнительной. Проверить силу — это одно. Там, где есть люди, можно достать нормальной еды — хлеба, сыра, говядины. Жрать мясо монстров, непонятные грибы и ягоды давно уже надоело.

— Я согласен. Куда ведёшь?

«В Приамурье, твой родной край. Я чувствую стабильный разлом неподалёку. Он ведёт в глухомань, к одной из спящих деревушек. Там можно вдоволь опробовать силу и получить наслаждение».

Николай даже не спросил, зачем Мортаксу это нужно. Он уже понимал — сущность питалась не только магией, но и страхом, болью и отчаянием. И он сам начал испытывать в этом потребность.

Он повернулся к своему «войску» — дюжине свирепых тварей, замерших в ожидании. Без слов, одним лишь взглядом, он отдал приказ следовать. Монстры, повинуясь, двинулись за ним по скалистому плато.

Мортакс привёл его к месту, где воздух дрожал, как над раскалённым камнем. Здесь реальность была тонка, как паутина. Разлом был не таким яростным, как другие — узким, почти невидимым порталом.