Книга Абсолютная власть 5, страница 81 – Александр Майерс

— Нет, — ответил я. — Всё только начинается. Завтра, Настя. Завтра я свергну Совет.

Она не удивилась. Лишь отложила книгу, встала и подошла ко мне.

— Тогда сегодняшний вечер — наш, — сказала она. — Последний вечер перед бурей.

И я понял, что она права. Завтра мир изменится навсегда. А сегодня… сегодня можно было просто быть. С ней.

Поместье Соболевых было похоже на большой, уютный, хорошо укреплённый улей. Здесь чувствовались одновременно сила и уют.

Михаил сидел в глубоком кожаном кресле, разминая пальцы артефактной руки. Механические суставы тихо пощёлкивали. Станислав стоял у камина, вороша кочергой угли.

— Конечно, можно считать это победой, — говорил Соболев, ставя кочергу на место. — Игнатьеву дали по шапке, бюджет он отстегнул, Ярового реабилитировали. Казалось бы, можно праздновать. Но, по сути, мы согласились на статус-кво.

— Игнатьев остался на своём посту, — мрачно подтвердил Михаил. — Со всеми полномочиями. Сдался он слишком уж легко. Как по нотам.

— По нотам князя Островского, — кивнул Станислав. — Мой отец, хоть я терпеть его не мог, часто говорил умные вещи. Вот одна из них: если враг внезапно согласился на все твои условия — либо он готовит подкоп, либо у него за пазухой козырь покруче. У Игнатьева козырей, кроме столичного покровительства, нет. Значит, копает.

— Пусть копает, — Михаил с силой сжал металлический кулак. — В эту же яму мы его и уложим. Документы на откаты по военным поставкам, которые он санкционировал ещё при Муратове, уже у Никиты Добрынина. Как только Альберт Андреевич чихнёт не в ту сторону — сразу в суд. На сей раз с железными доказательствами.

— А пока он будет тише воды, ниже травы, — усмехнулся Соболев. — И деньги на оборону капают, и войсками Добрынин командует без его вмешательства. Можно сказать, идеальная ситуация. Мы — реальная власть в регионе.

— До поры до времени, — Градов встал, подошёл к окну. За ним расстилался ухоженный парк. Идиллическая картинка, которая казалась такой хрупкой. — Мортакс не дремлет. Брат пишет, что в Твери было жарко. И это только начало.

— Владимир справится, — уверенно сказал Станислав. — Он, кажется, единственный, кто понимает масштаб угрозы. А здесь… здесь мы хоть наладили какую-то работу. Твоя Карцева, кстати, молодец. Её связи с артефактными цехами Уссурийска — бесценны. Производство новых лучемётов и защитных амулетов уже выросло на треть.

При упоминании Эмилии Михаил почувствовал, как его щёки слегка краснеют. Он не обернулся, продолжая смотреть в окно.

— Да, она… эффективно действует.

— Эффективно, — Соболев рассмеялся, добродушно и немного ехидно. — Брось, Миша. Всё дворянство уже захлебнулось от сплетен. «Градов-младший и его роковая графиня». Ты стал главной темой для дамских посиделок. Ну, как дела-то? Всё серьёзно?

Михаил, наконец, повернулся.

— Не знаю. Всё это… не так, как должно быть.

— А кому нужно «как должно быть»? — пожал плечами Соболев. — У меня с Таней — одно. У вас — другое. Главное, чтобы работало. И, судя по тому, что она не сбежала от тебя в ужасе, а наоборот, вцепилась в тебя как клещ — работает отлично. Тебе повезло. Первая красавица и, не побоюсь этого слова, первая интриганка империи в твоих объятиях. Другие за такое убить готовы.