Книга Абсолютная власть 5, страница 14 – Александр Майерс

Мы ужинали, и я позволил себе немного расслабиться. Мы болтали о пустяках — о том, какие странные шляпки носят столичные дамы, о вкусе вина, о книгах, которые Настя хотела бы найти в здешних магазинах. Её глаза сияли, и в этом сиянии было что-то настолько хорошее, что на время заставляло меня забыть о причинах, приведших нас сюда.

Когда официант принёс десерт, к нашему столику подошёл служащий гостиницы в строгом сюртуке. Он почтительно склонился.

— Барон Градов? Вам письмо. Только что доставили.

Он протянул небольшой конверт из плотной серой бумаги. На нём не было адреса, оттиск печати Совета Высших.

Быстро пришёл ответ. Слишком быстро для бюрократической машины. Значит, моё имя заставило их среагировать немедленно. Вопрос лишь в том, что это за реакция.

Я поблагодарил служащего, вскрыл конверт и развернул листок. Текст был краток, отпечатан на машинке и заверен подписью некоего помощника секретаря.

«Барону В. А. Градову. На Ваше обращение сообщаем, что в ближайшее время предоставление аудиенции не представляется возможным в связи с высокой загруженностью Совета. Рекомендуем направить Ваши материалы в письменном виде для предварительного рассмотрения в соответствующий департамент Министерства Внутренних Дел».

Я прочёл это вслух, голосом, лишённым всякой интонации. Анастасия смотрела на меня, и блеск в её глазах понемногу угасал, сменяясь тревогой.

— Они что, не понимают, насколько всё серьёзно? Они разве не слышали про то, что случилось у нас совсем недавно? — спросила она тихо.

— О, они прекрасно знают, — сказал я, поднося листок к пламени свечи, стоявшей в центре стола.

Бумага вспыхнула, почернела и рассыпалась пеплом на блюдце.

— Просто они решили, что провинциальный барон со своими страшилками о монстрах им не интересен. Или, что более вероятно, кто-то уже дал команду не пускать меня на порог.

— И что теперь?

Я отпил вина, глядя на тлеющий пепел.

— Теперь, Анастасия Петровна, придётся лично добиваться аудиенции. К сожалению, этикет не всегда предполагает такие визиты. Придётся немного… побыть нахалом.

Она смотрела на меня, и по её лицу пробежала тень азарта. Глаза блеснули, а на губах появилась улыбка.

— Я могу помочь. Не помню, говорила ли вам, но великая княгиня Эристова находится в дальнем родстве с нашим родом. Я могу добиться встречи с ней.

— Это было бы чудесно, — я улыбнулся.

Она кивнула, и в её глазах снова вспыхнул огонёк.

Игра в Петербурге началась. И первый ход противника только что был сделан.

Теперь моя очередь. И я не собирался играть по их правилам вежливых отказов и бюрократических проволочек.

г. Владивосток

Дворянское ведомство

Альберт Игнатьев наслаждался послеобеденной тишиной в своём кабинете, попивая чай из изящной фарфоровой чашечки и просматривая отчёт о движении средств по счётам нескольких подконтрольных ему торговых домов.

Всё шло по плану. Деньги, словно кровь по венам, текли в нужном направлении, а препятствия методично устранялись.

Дверь кабинета вдруг с грохотом распахнулась, ударившись о резную дубовую панель. В проёме, заполнив его собой, стоял Пётр Алексеевич Яровой. Его лицо, обветренное и жёсткое, как скала, было искажено яростью.

За ним метались перепуганные лица стражников и секретаря, но Яровой, кажется, просто отшвырнул их в сторону.