Книга В погоне за Смертью, страница 95 – Кирилл Архангельский

Почему-то у меня было ощущение, что брат лукавит:

— Ты показал мне прошлое не просто так. Показал то, о чём я сам уже давно забыл. Зачем?

Поведение Мариуса настолько контрастировало с Сеной, что я волей не волей, начал искать смысл в его появлении.

С сестрой всё было просто – та даже не скрывала, что ей нравится видеть мою боль, и глядя на неё я прямо ощущал желание смерти. Своей смерти.

— Зачем ты живёшь, Брат?

Зачем я живу? Раньше бы я легко ответил на этот вопрос – ради славы, признания, ощущения, что я чего-то стою. Не самые глубокие и благородные мотивы, но имеем то, что имеем. Молодой Родриго, наверняка бы не одобрил, старому, как мне кажется, было бы уже всё равно.

— Ты мечтал въехать в Замок Норте на коне с гордо поднятой головой, но твоя лошадь мертва. Ты мечтал, чтобы твоя семья признала и зауважала тебя, но теперь твоя нечестивая суть может вызвать у них только омерзение и ужас. Ты говоришь, что любишь меня и Сену, но разве не твои действия привели к нашей смерти?

Моя голова поникла – настолько мне было невыносимо смотреть на брата от чувства вины – всё, что мне оставалось это смотреть на чёрное лезвие Киты, пока тот отчитывал меня. Или я сам отчитывал себя? Какая разница, насколько реален этот образ, если он говорит то, что я думаю сам?

— Ты видишь во всём отца, но разве ты заслуживал от него другого отношения? Разве он не приказал тебе денно и нощно охранять сестру? И теперь она не мертва из-за твоей слабости? Разве не просил он тебя присматривать и беречь меня? И не твои ли издевательства привели к моей смерти?

Да уж! Моему брату не нужно было принимать никакой ужасный облик, не нужно было показывать последствия мои действий, как это делала сестра. Одни его слова сдавливали моё сердце, словно нога крестьянина забавы ради давила червя.

— А теперь оглянись вокруг! Посмотри на то, что сам сотворил!

Моя голова, подчиняясь голосу поднялась, и я посмотрел на тела вокруг: отрубленные конечности, переломанные тела, открытые в ужасе и боли рты. Эти люди умирали в муках и страхе. Страхе перед монстром, что вторгся в их лагерь. Монстром по имени Рикардо Конхеладо.

— Разве заслужил Франсуа того, что ты с ним сделал? А Виллем? Иван? Джованни? Ты привёл их сюда на верную смерть, а тех, кто сумел выжить добил. Добил с особой жестокостью.

— Они сами решили пойти за мной. Я не несу ответственности… - начал было оправдываться я.

Я отчаянно цеплялся за слова Киты, сказанные им прежде чем меня перенесло в воспоминания. Как я могу нести ответственность за их выбор? Чем только разозлил Мариуса:

— Не смей прятаться за чужими ответами! Хочешь мне возражать – делай это сам! А эта нечестивая железка говорит только, что ей выгодно! Не так давно он убеждал тебя убить девочку, а теперь воркует с ней целыми днями! Это орудие без цели и принципов! Я не удивлюсь, если он предаст тебя в тот же момент, когда найдётся “мясник” получше!

Глаза брата пылали праведным гневом, даже поза изменилась – теперь он не просто беседовал – он обвинял.

— Ты считаешь себя аристократом! Что бы ты там не говорил и не думал, не изменят этого факта – в глубине души ты не готов признать себя простым плебеем! Но при этом лжёшь и предаёшь не только себя, но и людей вокруг! Неспособный признать последствия собственных действий, ты окружил себя коконом обмана! И этот проклятый Господом меч, тебе лишь потворствует! Нечестивое орудие Смерти!