Книга В погоне за Смертью, страница 12 – Кирилл Архангельский

— Давит! Давит сильнее! – выдавила она из себя.

— Терпимо?

— А?!

— Терпимо давит?!

— Господин, пожалуйста, спасите меня! – судя по голосу и последующим всхлипам, девочка начала плакать. По крайней мере пытаться, так как, судя по звукам, из-за давления получалось это у неё не очень.

— Да, спасу! Спасу! Этим и занимаюсь! Только не ной! – недовольно крикнул я. Только детской истерики мне сейчас ещё не хватало!

— Пожалуйста, спасите! Я больше не убегу! Обещаю! – продолжала завывать девчушка.

Я так грязно выругался, что услышь меня моя мать то, наверняка, бы в ужасе закрыла уши и убежала подальше, а папаша, наоборот, бы радостно и довольно гоготнул.

Больше я ничего девочке говорить не собирался – хочет плакать и умолять – ради бога. Как бы сильно мне не давил на нервы детский плач и крики, в данный момент, меня устроят и такие звуки.

Я опустился на колени и начал вглядываться в темноту. Судя по крикам, их источник был уже рядом, а значит есть шанс, что я смогу её увидеть.

И правда! Присмотревшись получше, даже в кромешной темноте я смог различить буквально в метре впереди под обломками, дёргающуюся детскую ручку!

Она совсем рядом!

Я хотел подбодрить, что я уже рядом, но подумал, что лучше этого не делать. Сейчас всё идёт как идёт, я постоянно слышу её голос и смогу понять, если её начнёт придавливать сильнее. А так – мало ли, что её взбредёт на радостях? Бережёного Бог бережёт.

Поднявшись на ноги, я примерно прикинул, что мне нужно сделать – пару досок тут, пара там, а главное – два лежащих друг на друге бревна. Их придётся оттаскивать одновременно, иначе, если я возьмусь только за одно, второе упадёт девочке прямо на руку.

Откинув доски, я глубоко присел и обхватил руками сразу оба бревна. Твою мать! Тяжёлые! Судя по внешнему виду этой убогой халупы, это были самые тяжёлые и массивные бревна во всём доме! И именно они должны были стоять у меня на пути!

Я отлично знал, как надо поднимать тяжести, поэтому просто удерживал брёвна руками, и, удерживая прямой спину, я изо всех сил начал распрямлять ноги. Руки и спина были заняты только тем, чтобы удерживать эту тяжёлую древесину, пока мощные мышцы моих ног делали основную работу.

Я рычал от натуги, мои ноги медленно, но верно, распрямлялись! И уже через пару секунд, я поднял брёвна на такую высоту, чтобы безбоязненно можно было их передвинуть в сторону, не задев ребёнка.

Сделав это, мои руки облегчённо разжались, а я шумно выдохнул. Хорошо, что я большую часть жизни провёл в седле, да за тренировками, что несмотря на не самые большие размеры, делало меня очень крепким и сильным.

Твою мать! В седле! – промелькнула мысль в моей голове.

— Да блядь! Моя лошадь! – не выдержал я и выругался. Надо было умудриться просрать лошадь! Ой-ой-ой! Я на новую и за год не заработаю!

Я бы и дальше продолжал чихвостить сам себя, если бы голос девочки не вернул меня в реальность. Убрав деревяшки, я освободил только верхнюю часть её тела – ноги по-прежнему были придавлены. Но уже этого хватило, для того чтобы та перестала истерить и начала приходить в себя.

— Господин! Господин! – крикнула она, привлекая к себе моё внимание. – Вытащите меня отсюда!

Как я и думал, под завалом лежала маленькая девочка лет семи-восьми. Которая, судя по тому, куда смотрели её глаза, не могла различить меня в темноте. Что было и неудивительно, к этому моменту уже полностью стемнело, а плотные тучи надёжно скрывали от нас звёзды.