Книга Личная юрэй первого принца, страница 37 – Селина Катрин

Ой, а там что, рыбки? Ого, какие красивые и необычные! Я таких не видела раньше. Я бросила взгляд на Катэля, тот как раз подходил к деревне и о чём-то беседовал с Икари-саном. Ну, наверное, надо дать мальчикам поговорить-посекретничать чисто по-мужски. Не буду им мешать. Я очень тактичный призрак.

Нырнула вниз, вошла сквозь поверхность моря как сквозь стекло и немедленно забыла обо всём на свете. Внизу оказался целый отдельный мир и поинтересней того, что я уже видела. Вода у берега была прозрачной до неприличия: видно каждый камушек. А в этой прозрачности деловито сновали существа, которых я в жизни не встречала ни в одном магазине, ни в одном аквариуме. Ярко-жёлтые рыбы с угольными полосами, будто кто-то разрисовал их тушью. Нежно-голубые, почти прозрачные, с хвостами как шёлковые ленты, плыли медленно и прятались в причудливых водорослях. Огненно-оранжевые с белыми крапинками и вытянутыми носами-хоботочками сновали стайками между кораллов такого же яркого оранжевого цвета. Стоило опуститься ещё чуть ниже, как кораллы словно зацвели и засветились одновременно.

Обалдеть, это что, Мальдивы?

О том, как же здорово быть духом, я вспомнила, лишь когда особенно надоедливая рыбёшка решила укусить меня за нос. И неожиданно поняла сразу три вещи. Во-первых, мне не нужен воздух, чтобы дышать под водой. Любители дайвинга наверняка убили бы за такую возможность. Во-вторых, мне даже уши не закладывает на глубине, а это вообще открывает массу возможностей: я могу безопасно исследовать хоть дно морское, хоть вулкан. Ну и в-третьих, одна наглая чешуйчатая задница куда-то намылилась без меня.

Как я поняла последнее?

Да всё просто: над головой резко посветлело и в воздухе зависли аж две гигантские туши: одна золотая, а вторая — серебристо-сероватая. Невиданные доселе существа, нарушающие все законы гравитации. Я так испугалась, что меня здесь собрались оставить, что забыла повосхищаться этим великолепием и стремительно взмыла вверх.

— Эй-хэ-хэй, золотце! А меня позвать? Ну что это такое⁈ Вот всегда так: якобы принц, а воспитание — как у того осла с рикши! — крикнула я, пользуясь случаем и устраиваясь на загривке дракона.

Ну а что? Я уже устала удивляться эту миру, пора пользоваться его благами.

Дракон выпустил недовольные клубы дыма, но, если я хоть что-то понимаю в выражениях драконьих морд, обрадовался мне.

— Да на рыбок я смотрела, тут под водой они, — пояснила, куда пропадала. — Домой?

* * *

Катэль Аккрийский

— Ваше высочество, разрешите обратиться?

Катэль удивился, но виду не подал.

— Разрешаю.

— Как давно вас мучают видения?

— Какие видения?

Несколько ударов сердца принц честно пытался понять вопрос. Икари-сан тем временем смотрел на него с такой неприкрытой, почти братской жалостью, что у Катэля неприятно царапнуло где-то в районе желудка. За все годы службы на лице его Левого Крыла неизменно царила спокойная собранность и ничего более.

— Я вижу, ваш взгляд нередко уходит в сторону, а губы порой шевелятся так, как бывает, когда человек ведёт беседу сам с собой, стараясь, чтобы её не заметили. Левое Крыло не может не обращать на это внимания. Сегодня вы неожиданно покинули дворец, зачем-то поплыли на этот остров и испачкали своё кимоно в грязи ради того, чтобы лично руководить восстановлением моста. А могли бы прислать магов. Столько непохожих на вас действий — и все в один день! — Икари-сан говорил ровно, но под конец всё же горечь проступила в его голосе. — Теперь я понимаю, как сильно ошибался, предлагая вам успокоительные благовония, надо было сразу отправить к вам дворцового исэи.