Книга Глаз в огненном кольце, страница 40 – Анастасия Машевская

— Но это моя земля! – остолбенел Кхассав. – Я государь Яса! На меня не действуют никакие законы танов!

— Я повторяю, – настойчиво загорланил командир, – всякий, кто переступит границы дома Ниитас, будет немедленно атакован и убит на месте, как враг Идена Ниитаса.

— Государь! – кликнул Таир, а с ним и ещё несколько человек.

Кхассав клацнул зубами: плохо дело, на стенах вокруг полно лучникoв.

И вдруг положение прояснилось само собой.

— Тану! – крикнул Серт, наблюдая, как Бансабира выходит из зоны обстрела защитниками укрепления. – Не надо,тану, прошу! – взмолился Серт. - Ясно же, что они пытались вас убить! Они послали убийц за Матерью лагерей! Не облегчайте им задачу, особенно теперь! Тану!

К его голосу присоединились другие. Но внутренний голос Бансабиры настойчиво пригвоздил: «Ты не трусиха».

Она вышла из поля обстрела лучников всего на пару шагов. Кхассав с воодушевлением бросился вперед, ускорив шаг. Но потом Бану вдруг вскинула руку в останавливающем жесте,и раман понял, что расстояние, которое осталось меж ними, всего лишь позволяет общаться, не надрывая горло изо всех сил.

— Клянусь, я понятия не имел, что произошло! – заголосил Кхассав. Таир позади него скрипнул зубами – негоже владыке объясняться или оправдываться перед подданными.

— Я отбыл из дворца, потому что, как и обещал, готовил вам с Сагромахом подарок, и он уже при….

— Да, - горько усмехнулась Бансабира. - Мы заметили твое внимание, государь. Дар, правда, вышел так себе, но что поделать , если у тебя дурной вкус.

— Бансабира, мне очень жаль, что так вышло! Когда я понял, что вас преследуют, мы тут же рванули следом! Мы настигали и убивали их, я клянусь!

— Насчет подарка ты тоже клялся.

— Вот, - он выудил из-за пазухи тубус. - Вот подарок, о котором я говорил! Я передал в ваше распоряжение Коралловый остров! Вот тo, что я пытался сделать из благодарности за твои траты и расходы в предстоящем походе на Мирасс! Если не доверяешь мне, пусть любой из твоих бойцов подойдет и возьмет его. Мои воины отойдут!

Бансабира хмыкнула:

— Я больше ни одного северянина не подвергну опасности находиться рядом с семьей Яасдур.

— Тогда пусть мой боец отнесет его! Ты увидишь, что я не вру!

— Пусть, если он тебе неважен, - согласилась Бансабира. – Едва он зайдет на территорию моего деда, его пристрелят.

— Бансабира, – Кхассав взмолился с отчаянием. – Я никогда не пытался воевать с тобой! Никогда не думал оскорбить или …

Кхассав скрипнул зубами: с этой упертой таншей сейчас никакой диалог не задастся.

— Где Са? - спросил Кхассав. – Γде Сагромах, я хочу поговорить с ним!

Женские нервы слишком отзывчивы на все вокруг, Кхассав знал не понаслышке. Сейчас нужен спокойный холодный мужской ум.

— С … Са? – переспросила танша. - Ты поговоришь с ним, – пообещала танша. – Когда я увижу головы тех, кто повинең в его cмерти, на своем обеденном столе, ты поговоришь с ним в склепе нашего чертога.

— Ч… что? – выдохнул Кхассав.

— Спроси у жены, – посоветовала Бану, отступая назад, шаг за шагом. Сиреневые и северяне вздохнули спокойнее.

— Бану, умоляю, - Кхассав протянул впеpед руку, будто мог удержать таншу. Если сейчас она уйдет к Ниитасам… Праматерь, страшно представить, чем все закончится. – Я умоляю тебя, Бану, давай поговорим!!