Книга Глаз в огненном кольце, страница 181 – Анастасия Машевская

Теперь Хабур, напрягшись, долго вглядывался в лицо танши, потом оглядел её всю и согласно кивнул: идея хорошая.

— Бьё, – перевела взгляд на моряка, и тот, кивнув, отозвался. – Установи морские патрули на выходе к проливу. Убивайте без разбору всех под незнакомыми флагами. И передай Геду и Аргерль, в нужный момент я пришлю гонца. Пусть соберут всех местных жителей, включая тех островитян, кто готов будет спрятаться, и уводят в убежище.

— Понял, – Бьё Водяной Бык почесал над верхней губой.

Бансабира не задерживалась.

— Ты, Бугут, - коренастый и сильно постаревший командир проходцев северных земель отозвался рваным движением головы, которое с трудом можно было принять за кивок, – уходя отсюда, заберешь моих детей.

— Мама! – Γайер взвился в возмущении мгновенно.

— Шиимсагу и Шинбане небезопасно здесь. И это касается всех детей, – она обвела глазами генералов. – Оповестите перед началом действий всех в провинциях, вам вверенных, что те, кто желает, может отдать своего ребенка в переход к убежищу. Вести их, Бугут, будешь ты лично. В помощь я отдам Русcу под твое начало и Исару с четырьмя тысячами бойцов, - на этих словах Исара, кузина Мантра, коротко кивнула с выражением готовности на худом скуластом лице. – Но основная часть твоего подразделения мне нужна на поле боя, чтобы заставить Кхассава переломать ноги об наши сугробы.

— И чтобы его недоноски посваливались на гололедице в прoпасть, – с согласием поддержал Бугут. – Сделаю все.

Он неожиданно утратил в здоровье колен за прошедшие двенадцать лет,и Бану не чувствовала себя вправе заставлять его браться за меч, зная, что почти любой противник уровня мастерства чуть выше среднего без труда повалит Бугута с ног. Но он совершенно также, как раньше воспитывал отличные части проходцев – бойцов, способных преодолевать огромные расстояния в короткие сроки, труднодоступные перевалы, горные хребты, налаживать переправы,и, пользуясь местностью, ставить сокрушительные засады.

Да и потом, Ρусса и Бугут – два человека, в верности которых она не сoмневается. Если все покатится в тартарары, уберечь её детей будет больше некому.

Однако Раду считал сие решение опрометчивым.

— При всем уважении, – обмолвился он, - если вы, госпожа, полагаете, что Русса так просто подчиниться и бросит вас на поле боя без своего участия, вы так и не поняли, как мыслит ваш брат.

Бансабира посмотрела на Раду так, будто вообще впервые заметила – что было уже само по себе оскорбительно, если вспомнить, что ростом, шириной плеч и толщиной рук Раду превосходил в зале всех собравшихся. Она чуть повела головой и безынтересно протянула:

— Мне плевать, как мыслит мой брат. Но если он ещё раз не подчиниться приказу, как было уже однажды,и сдеру с него кожу прилюдно. Объясни ему.

Раду вздрогнул: он-то думал, времена, когда можно было вот так вот получить нагоняй от танши, для него закончились сто лет назад. Однако, как бы Бану себя ни вела, а Мать лагерей в ней всегда знала, как командовать.

Раду прижух, зато о себе снова напомнил Гайер. Сцепив зубы, он качнул головой:

— Мне обязательно… – начал молодой тан.

— Тебе, – Бану перебила жестко, - обязательно защищать брата и сестру.

Гайер кивнул:

— Я понял, – раздосадовано протянул он.

— И ты будешь защищать их подле меня, как и положено тану.