Книга Эра скорпиона. Том 3, страница 65 – Тальяна Орлова, Егор Серебрянский

— Сестренка, ты в порядке? Почему опять остановилась?

— Просто только сейчас заметила, что уже давно наступила осень, — медленно произнесла я, глядя на затянутое тучами небо. — Наши костюмы уберегают от холода, даже теплые чулки не нужны.

И не добавила самые важные вещи: что уже прошел год, как я покинула родной замок, что у богов слишком богатое воображение, что я больше не смогу называть Кея братом и что сейчас мне невыносимо от борьбы благодарности к нему с неожиданной отстраненностью. Да, он спас меня. Но если бы не он, меня и не нужно было спасать. Вся эта взаимная поддержка вдруг стала казаться дешевым фантиком, который я когда-то подобрала в коридоре распределителя, а теперь его хочется выкинуть.

Уснуть я не смогла. Пыталась объять новые эмоции, ведь Кей, по сути, не виноват — он тогда не знал, к чему приведут его действия в далеком будущем. Мне было жизненно необходимо отдать хотя бы часть своего смятения Лиаму, ведь он тоже оказался замешан. Пусть заберет из меня эту муть, как забирает тлен и боль!

За час до рассвета я что-то ощутила и болезненно улыбнулась. Встала, тихо оделась и вышла из спальни, опережая его появление в комнате. Не иначе, Лиам все-таки научился читать мои мысли, раз явился. Опять, наверное, придумал для меня какие-нибудь страдания. Так и я сегодня не с пустыми руками — посмотрим, кто кому сейчас сделает больнее, раз мы друг другу предназначены только для этого.

Лиам действительно стоял там и будто бы даже не удивился, когда увидел меня, выходящей из корпуса. Но сразу стало понятно, что не я его мысленно призвала — он явился по собственной инициативе, когда парень опередил мою первую реплику:

— Признайся, что это ты. Я в любом случае не смогу тебя убить или сдать, но мне нужно это знать, чтобы перестать искать и подозревать каждого. Ненавидеть тебя сильнее у меня все равно не получится.

— В чем признаться? — Я нахмурилась. — Ты о чем вообще говоришь?

Он долго и пронзительно рассматривал мои глаза, словно пытался выискать в них что-то еще, кроме полного непонимания. Вероятно, не нашел, раз очень медленно и тихо произнес:

— Скажи, что это ты убила Жозефину. Мои друзья в ужасе, они рвут и мечут, расследователи пытаются обнаружить хоть одну зацепку. Я ничем не смогу им помочь, но обязан знать.

Показалась, что вся кровь из моего тела хлынула вниз и ушла в землю. И пусть я к Жозефине теплых чувств никогда не питала, но смерти ей не желала — больше того, я отказалась ее убивать, когда была такая возможность. А с тех пор, как мне запретили посещать лекции, я вообще и думать о ней забыла.

— Жозефина мертва? — промямлила я. — Боги… Что с ней случилось, Лиам?!

Его взгляд стал еще пристальнее. Но после долгой паузы он все же понял, что иного ответа от меня пока не добьется, и придется хоть что-то объяснить:

— Судя по всему, она пропала два или три дня назад. Соседка по комнате не обнаружила ее утром, но сообщила не сразу — мало ли, гулять по ночам студентам не запрещают. Допрашивали и меня — хоть Жозефина после того случая мое имя называть побоялась, но ее друзья намекнули расследователям, что между нами что-то произошло. В тот день, когда они на тебя напали, Жозефина здорово опозорилась, когда добиралась до общежития без одежды. И первым предположением было то, что она просто не выдержала сплетен и сбежала с учебы. А вчера вечером нашли ее труп в подвале под складом. Судя по всему, убийце некогда было с ней долго возиться, но все равно он успел помучить жертву перед смертью. Сам этот факт потряс всех.