Книга Город с запахом шоколада, страница 135 – Кейт Андерсенн

Но к нему со всех ног — вернее, заложив подол плаща и юбки между ног вместо саней — мчалась несносная Мари Ветрова. Подкатилась, перевернулась, вскочила, тоже шатаясь, и схватила за плечи, ощупывая:

— Живой?

Снова раздался выстрел, и он хотел инстинктивно ее прикрыть, но Мари просто смела его в снег.

— Мари! — зашипел. Сразу сознание вернулось — вот же безумица! — Я приказал дома сидеть!

— А ты пока на мне не женился, чтобы приказывать, — зашептала она горячо, переваливаясь на живот, напряженно высматривая Лемешева на берегу. — А и женишься — не позволю. Только со-ве-то-вать-ся! Понял?

Ну вот как с ней такой быть?

Она почти смеялась, тряся этим указательным пальцем перед его носом. Несмотря на то, что дыхание рвалось наружу со свистом, он тоже тихо рассмеялся, поймал и поцеловал этот своенравный пальчик.

— Сумасшедшая… Мне его не догнать, Мари. Я и встать не знаю, смогу ли.

Они лежали на снегу, прижавшись друг к другу, и видели, как Дмитрий Лемешев скачет прямо над рекой.

— Может, и наплюем? Фриц бомбу обезвредил, Борода забрал нитроглицерин с глаз долой…

— Борода⁈

— Да, это он метнул нож в Лемешева и спас нас всех. Он решил исчезнуть.

— Ты снюхалась с контрабандистом⁈

— Ты же меня не арестуешь? Он ушел и больше не вернется. Жалко чертежей, конечно, но война все равно случится. Через двадцать пять лет — помешаем мы ему или нет…

Варт больше не мог чувствовать плечо трясогузки и ничего не предпринять — прижал ее к себе, и вышло, что они как-то уютно перевернулись, и теперь смотрели не на реку, а на луну и звезды. И созвездие с поясом Ориона висело прямо над горизонтом.

— Через двадцать пять лет… Это еще четверть столетия. Наши дети успеют вырасти и даже, может быть, родить нам внуков.

— Дети⁈ Внуки⁈ — отчего-то ужаснулась и дернулась трясогузка.

— Конечно. А как иначе?

— Ну… — она вытянула пятерню к небу, разжала, сжала. — Один ребенок у нас уже есть, Варт. Михась. Теперь его родители отправятся в тюрьму за то, что сделали. Мы ведь не можем его оставить?

Он потянулся и поцеловал ее в висок.

— Тогда точно внуки будут через двадцать пять лет.

— Надо будет уехать в Швейцарию. Там будет спокойно.

— А как же лавка?.. «Грифон» ведь…

— С собой заберем.

Но мирную беседу о прошлом прервал отчаянный крик. И… съезжающий по склону на крышке ящика Краузе.

* * *

Маша.

— Фриц⁈

Долго они все равно бы не могли разлеживаться здесь.

— Скорее, — подвинулся на крышке ящика инженер. — Он не должен уйти!

— Почему? — не понял Варт — хотя почему-то понял фразу на русском. Ну, ладно. Именно эта фраза звучит на польском похоже. Можно догадаться.

— Он украл планы военных кораблей. Обронил один документ, — продемонстрировал взволнованный Фриц из кармана, но не успела Маша рассмотреть — спрятал. — Ну же! Без вас я не справлюсь.

И так вышло, что они втроем — Варт запыхтел, что сядет посередине, потому что Мари нельзя сидеть с инженером впритирку — полетели к реке едва ли не со скоростью ветра. И долетели, а Лемешев… балансировал на краю, выпучив глаза на… Виадруса в компании Жаклин Дюссолье прямо на льдине.

Оглянулся на шум, покачнулся, и… свалился в ледяную реку, забарахтался… И его подхватило внезапно резкое течение.

Маша подбежала к кромке берега одновременно с Фрицем, простершим руку, покачнулась… И ее поймал Варт, дернул на себя, и она впечаталась в его полную намерзшего снега грудь. Сама такая же… А все равно отрываться как-то больше не хочется.