Книга Предатель. Оклеветанная жена. Книга 1, страница 57 – Алиса Лаврова

— Что такое? — напряжённый голос магистра Амонтиса разрывает хрупкую тишину тёмного зала, заставляя меня вздрогнуть всем телом. — Артефакт неисправен?

Я чувствую, как взгляды всех в комнате устремляются на меня.

Дарий, не сводя глаз, отвечает: — Странно.

Кровная руна всё так же лежит на столе, вокруг кровника поднимается дымок. Запах моей собственной сгоревшей крови бьёт в нос. По лицам членов тайного совета пробегает волна смятения. В это мгновение они походят на хищных птиц, которые, почуяв добычу, уже сочли её своей, но вдруг обнаружили, что она исчезла. Голодные, злобные взгляды обжигают и требуют ответа.

— Давай ещё раз, Ранвейр, — магистр Шардин кривится, его толстые щеки трясутся при каждом движении. — Наверное, мало крови. Разрежь посильнее. Нечего её жалеть, у девки же красный источник, на ней всё заживает, как на кошке.

Дарий, всё ещё стоя рядом со мной, отвечает с хладнокровным спокойствием: — Крови более чем достаточно, магистр Шардин. Нет нужды травмировать девушку. Она и так натерпелась…

Его голос звучит так тихо, что я едва слышу его, но чувствую на себе его пристальный взгляд. Я смотрю в пол, желая сейчас быть где угодно, только не здесь. Я проклинаю себя за то, что чувствую стыд в эту минуту.

Им будет нетрудно догадаться, что со мной сделал Чёрный. Дарий, скорее всего, уже понял.

— Тогда в чём дело? — Женский голос звучит ровно, но с нотками подозрительности. — Может быть, артефакт сломан? Ты уверен, что не повредил его, когда извлекал?

— Нет, — Дарий кладёт стилет, всё ещё покрытый моей кровью, на стол. Звук металла, касающегося камня, глухо разносится по комнате. — Артефакт исправен. Я вижу его пульсацию. Он хочет развернуться, но не может. Проблема в другом.

— В чём же? — Голос магистра Амонтиса звучит почти раздражённо. — У тебя есть мысли?

— Мысли есть, — отвечает Дарий, задумчиво склонив голову. — Магистр Амонтис, пригласите, пожалуйста, мастера Нокслина. Я думаю, он сможет дать ответ.

Я слышу в его голосе не только задумчивость, но и ярость, едва скрытую под налётом видимого спокойствия.

В зале снова воцаряется тишина, но на этот раз напряжение густеет, как смола. Моя сила, захлёстывающая меня изнутри, трепещет, всё сильнее стремясь вырваться наружу. Но я не могу даже шевельнуться, скованная силой Дария.

Магистр Амонтис даёт безмолвный знак тихим слугам у входа, и один из них удаляется.

А спустя пару минут я слышу приближающиеся шаги Чёрного. Эту походку я не спутаю ни с чем. Сколько раз за эти годы я дрожала от страха и ненависти, едва услышав её. Сколько раз молилась о том, чтобы никогда больше не слышать её. Страшные воспоминания, усиленные, кажется, в тысячу раз от силы, разрывающей меня изнутри, ярко проносятся перед моим внутренним взором, заставляя непрошенные слёзы бежать по щекам.

Чёрный неуверенно подходит ближе и замирает.

— Стоило ли выгонять меня, чтобы снова звать? — в его скрипучем голосе звучит насмешка и как будто вызов. — Я ваш соратник, уважаемые магистры, а не собака, которую можно пинать… Мы с вами связаны одной тайной и одной целью. То, что я не вхожу в совет, не значит, что…

— Разумеется. Прости мне мою вспыльчивость, мастер, — перебивает его магистр.

— Хорошо, — Чёрный покорно складывает руки у себя на животе и ждёт, поочерёдно глядя на магистров. — Я к вашим услугам.