Книга Целительница Теневого Короля, страница 23 – Ирэн Блейкстар

Каждый последующий ход требовал от меня все больше и больше времени, чтобы подумать. Ладони вспотели от волнения, в висках пульсировало от напряжения. Я старалась просчитать защиту на несколько ходов вперед. Но несмотря на все мои старания и продуманные обороны, я теряла свои фигуры.

Моя рука подняла фигурку олифанта, поставила её на клетку, и в этот момент я перехватила горящий предвкушением взгляд демона. Только это не позволило мне разжать пальцы и тем самым сделать ход окончательным и бесповоротным.

В животе ощущалась тяжесть, во рту появилась горечь. Сглотнув, я сосредоточенно посмотрела на шахматный расклад, интуитивно чувствуя, что сделай я намеченный уже ход — проиграю.

Вот только я не могла проиграть! Не имела на это право. Я была обязана победить!

Вернув олифанта на прежнюю позицию, я внимательно стала просчитывать варианты ходов. Но все шаги с большей вероятностью вели к моему проигрышу. Шах моему королю противник мог поставить уже через три хода, а через пять был бы Мат.

Скрипнув зубами, я сжала виски пальцами и уставилась на шахматную доску. Тут должен быть для меня спасительный выход. Должен!

И я решила атаковать.

Вновь взяла олифанта и уверенно сделала ход. Шэн'Зот, помедлив, совершил первый неочевидный ход — увёл у меня шахматного коня. Игра завязалась. Я теряла пешки, но вынуждала его фигуры занимать неудобные позиции. А потом — увидела шанс. Его ферзь был неудачно расположен.

Сердце заколотилось. Я могла пожертвовать олифантом, чтобы выманить его короля. Это был рискованный, красивый ход, которому когда-то обучил меня отец.

Рука дрогнула, но я сделала его. Я пожертвовала сильнейшую фигуру, чтобы нарушить безупречный порядок демона.

Впервые за игру он замер. Его пальцы на мгновение зависли над доской. В глазах вспыхнул не гнев, а... восхищение.

— Смело, — тихо произнёс он. — Глупо, но смело.

Шэн'Зот принял жертву. А я вновь застыла, напряженно размышляя над следующим ходом.

В какой-то момент осознала, что смотрю на шахматы, попивая ароматный чай из изящной чашки глаческого фарфора. Характерный неповторимый морозный рисунок покрывал тончайшую чашку. Казалось, чуть сильнее сожми пальцы, и фарфор раскрошится, словно ледяные пластины.

В моей семье когда-то тоже был такой вот чайный сервиз, принадлежащий моей матери. Но когда отец впервые погорел на сделке, нам пришлось его продать, чтобы погасить часть убытка.

Удивленно посмотрела на демона.

Ну не ожидала я, что Шэн'Зот проявит внимание и позаботится о чае и перекусе. Как-то такое поведение не вязалось с его властным характером.

— Пожалуйста, — ответил он, чуть улыбнувшись, и пододвинул в мою сторону серебряный поднос.

Тот, ранее не замеченный мною, стоял на краю столика. На нем расположились: заварник, из носика которого поднимался пар, сахарница, до краев наполненная кубиками кленового сахара, блюдце с чайными ложечками и щипцами для сахара. А вот вазочку с крохотными печеньками, посыпанными сахаром и корицей, Шэн'Зот снял с подноса и переставил поближе ко мне.

Мне не спешили давать ответ, а я, замерев, боялась дышать. Сердце колотилось как ненормальное, ладошки вспотели, и мне хотелось их вытереть о платье. Но я держалась, боясь отвлечь демона и спугнуть его решение.

Шэн'Зот окинул нашу шахматную партию придирчивым взглядом и произнес: