Книга Второй шанс для тирана. Том 2, страница 19 – Саша Белова

Она все еще не верила. Ждала, что это изощренная прелюдия. Что сейчас я улыбнусь шире и скажу: «А теперь убирай это языком». Но я не стал давать ее паранойе пищу. Перевел взгляд на пол, усеянный белыми черепками.

— Иди в гостиную, — я кивнул в сторону коридора. Тон был мягким, но в нем прозвучала легкая, заботливая директивность. — У тебя босые ноги. Если наступишь на стеклянную пыль, вытаскивать будет очень больно. Я сам все соберу.

Я не стал ждать ее реакции. Просто отвернулся от нее, убирая зрительный контакт и снимая психологическое давление. Наклонился вперед и голыми руками, не ища веник или совок, начал аккуратно, по одному, собирать крупные куски разбитой тарелки в небольшую кучку. Я действовал методично и спокойно, полностью сосредоточившись на процессе. Повисла тишина, нарушаемая только моим дыханием и тихим скрежетом керамики.

Прошло секунд десять. Затем я услышал шорох ткани. Анна медленно, опираясь рукой о стену, поднялась с пола. Ее ноги не держали, она двигалась неуверенно, как человек после долгой тяжелой болезни. Она сделала шаг. Затем еще один. Вышла из зоны поражения осколками. Но не ушла в гостиную, как я ей сказал. Я боковым зрением видел ее силуэт в дверном проеме. Она остановилась там, обхватив себя руками за плечи.

Она смотрела. Я знал, что она чувствует сейчас. Ее картина мира, выстраиваемая годами боли и страха, дала трещину. Она смотрела на широкую спину своего мужа — человека, которого ненавидела и боялась до тошноты. Человека, который избивал ее за малейшую провинность. И сейчас этот самый человек сидел на коленях на полу их старой кухни, и своими собственными руками собирал разбитые осколки.

Я нашел самый мелкий, коварный осколок, отброшенный под шкафчик, аккуратно подцепил его ногтем и положил в общую кучу. Затем поднялся на ноги, не оборачиваясь к ней, подошел к раковине, чтобы взять губку и протереть пол от стеклянной пыли.

В этот момент я услышал тихий, едва уловимый звук удаляющихся по паркету шагов. Анна все же ушла в гостиную. Не убежала в панике, не прокралась в страхе. Она шла медленно, обдумывая то, что только что произошло. Я включил воду, смывая с рук невидимую стеклянную пыль, посмотрел на свое отражение в стекле окна и устало прикрыл глаза.

Шаг за шагом. Капля за каплей. Мы выберемся из этого ада. Я вытащу их на свет, чего бы мне это не стоило.

События утреннего инцидента с разбитой тарелкой, казалось, выжгли из нас всех изрядную долю кислорода, но, как ни странно, оставили после себя не пепелище, а очищенную почву. Ближе к вечеру квартира погрузилась в тихую, размеренную дремоту. Я закончил с первичным анализом черной бухгалтерии логистической компании, закрыл ноутбук и с наслаждением потер уставшие глаза. Цифры плясали перед взором, но план действий уже начал вырисовываться. Я знал, кого уволить, кому пригрозить, а какие потоки легализовать. Финансовый тыл моей семьи скоро станет неприступной крепостью.

Чтобы передохнуть, я вышел из кабинета. В коридоре было тихо, но из приоткрытой двери гостиной доносилось приглушенное бормотание телевизора.

Я неслышно подошел к дверному проему. Анна и Соня сидели на диване. Дочь, закутавшись в пушистый плед, увлеченно смотрела какой-то красочный мультфильм, прижимая к себе того самого гигантского медведя. Анна сидела рядом. Она все еще держала спину чуть прямее, чем следовало бы для полного расслабления, но ее поза уже не кричала об опасности. Она просто смотрела на экран, время от времени машинально поглаживая Соню по волосам.