Книга Вершитель хаоса, страница 157 – Марина Адлер

Его глаза блестят от боли и слез, но он продолжает. Продолжает вытягивать из меня всю тьму, при этом иногда крича от боли. Он поглощает всю магию Королевы Пик. Черные нити выходят из моего тела все быстрее, и я вижу, как они обвиваются вокруг его рук, как его кожа становится все более черной, как языки тьмы начинают ползти вверх по его рукам, к плечам, к шее.

Меня сотрясает в последний раз, словно в судороге. Не от холода, а от облегчения, от того, что магия наконец-то покидает мое тело полностью. Мышцы сокращаются, тело выгибается, и я издаю звук, который похож на крик новорожденного. Так и есть. Я рождаюсь заново. Смерть отступает. Это больно, но это боль жизни, возвращения в мир живых.

Когда последняя нить черной магии вытягивается из моего тела и обвивает руку Хаоса, чувствую, как мое тело расслабляется. Боль отступает. Облегчение так велико, что начинаю непроизвольно рыдать. Я жива. Он снова спас меня. Успел.

Хаос же издает звук, похожий на стон. Встает и шарахается от меня, больше не выдерживая этой пытки. Его руки падают, и я вижу, как черная магия медленно дрожит тенями у его пальцев. Извивается выше и дрожит у плеч. Он рычит, борется, словно впитывает её, принимает в себя. Красивое мужское лицо искажается до неузнаваемости, но, когда он снова смотрит на меня, видит, что я жива, улыбается сквозь эту боль.

— Ты жива, — шепчет Хаос. Его голос тихий, а тело сотрясает крупная дрожь. Он сопротивляется яду с новой силой и тени гаснут у его плеч, подавляемые его волей. — Ты жива, Элис. Ты выживешь.

Затем на меня наваливается усталость. Она накатывает неотвратимой волной, громоздкой, тяжелой. Сознание меркнет, хоть и всеми силами сопротивляюсь этому. Но это не страшная усталость, просто усталость от боли. От того, что прошла через ад и вышла с другой его стороны живой. В конце концов, сдаюсь. Закрываю глаза, и впервые за долгое время мой сон не омрачают кошмары. Просто сплю. Глубоко, мирно, словно в коконе, который создал для меня Хаос. Мой враг, который спасает мою жизнь снова и снова.

* * *

Открыв глаза, первое, что замечаю — это тишину.

Это не тишина пустоты или смерти, а тишина жизни. Редкие звуки доносятся откуда-то издалека — шум воды из ванной комнаты. Я лежу в кровати почти обнаженная. Кожей ощущаю — ткани под моим телом мягкие, шелковистые. Зрение фокусируется с большим трудом на потолке он украшен сложным узором, но тот до боли знаком. Комната. Это комната Хаоса в доме с тысячей дверей.

Но что-то изменилось. Или, может быть, я просто видела её иначе раньше, когда была охвачена страхом? Теперь, когда смотрю вокруг, вижу детали, которые раньше пропускала. На стенах висят картины — не черные и мрачные, а выполненные в оттенках синего и серебра. На полках стоят книги, свечи, какие-то странные предметы, которые напоминают артефакты из разных миров. Окно, через которое видно небо Страны чудес, украшено занавесками из тонкого бордового шелка, которые развеваются от невидимого ветра. На столе в тарелках лежат угощения: виноград, пирожные, тонко нарезанные кусочки мяса.

Я поднимаю руку, начинаю рассматривать ладонь и то, что выше. Тьмы больше нет. На месте, где была глубокая рана, теперь только едва заметный розоватый шрам. Едва видимая линия, которая выглядит так, словно ранение произошло давно. Ощущение еще ярче, такое словно все произошло в другой жизни. Касаюсь шрама пальцем, и чувствую, что кожа гладкая, здоровая. Я не просто исцелена. А полностью и абсолютно. Розовая линия не шрам, выглядит просто как легкая царапина, которая исчезнет через пару часов.