Книга Тыквенный пирог мисс Мэгги Стюарт, страница 42 – Александра Шервинская

— Вы очень прямолинейны, мистер МакКиллиан, — наконец произнесла я, аккуратно ставя чашку на блюдце. — И ваше предложение достаточно щедрое, тут не поспоришь. Но вы должны понимать, что карта — это не просто ценный клочок бумаги. Она связана с наследством моего дяди, с его памятью, поэтому я не могу принять такое решение, не обдумав всё как следует.

Уголки губ МакКиллиана дрогнули в снисходительной улыбке: видимо, он решил, что я всё-таки достаточно сентиментальна, как и положено провинциальной барышне. А чувствительность и эмоциональность — это прекрасные инструменты, позволяющие добиться нужного результата.

— Разумеется, я всё понимаю, — мягко, почти по-отечески проговорил он, — когда девушка вашего чудесного возраста и тонкого воспитания остаётся одна, для неё важна каждая мелочь, напоминающая о безвременно ушедших близких. Но ведь в память о них можно сделать что-нибудь более весомое, зримое, так сказать. Например, открыть в этом дивном городке художественную школу имени Кевина Стюарта или ещё какое-нибудь место, где дети смогли бы развивать свои творческие способности.

— Ах, какая чудесная идея, мистер МакКиллиан! — воскликнула я. — Обязательно обдумаю её!

— Но ведь для воплощения этих благих замыслов нужны деньги, и деньги достаточно серьёзные, чтобы дети развивали свои таланты в достойных памяти Кевина Стюарта условиях, — вкрадчиво продолжил МакКиллиан, а я с удивлением подумала: неужели я выгляжу дурой, способной купиться на подобную сладкую чушь?

— И вы хотите мне их предложить?

— Именно! Давайте начистоту, Маргарет, — он проникновенно посмотрел мне в глаза и даже, кажется, хотел взять за руку, но передумал, и правильно сделал, — мало обладать картой, нужно иметь возможности воспользоваться ею. Нужны ресурсы, в первую очередь финансовые, потом административные, людские, технические. Зачем вам всё это?

— А вам, Юджин? — я слегка улыбнулась, и МакКиллиан, кажется, понял, что переборщил с попытками продавить идею заботы о талантливых детях.

— Маргарет, давайте оставим эти игры для официальных приёмов. Мы оба знаем цену времени и прекрасно понимаем, что к чему. Карта существует. И она будет моей. Вопрос лишь в том, каким путём мы к этому придём. Путём взаимовыгодной сделки, которая обогатит вас... или иным способом.

«Хоть тушкой, хоть чучелком...» — почему-то вспомнилось мне, но я смогла взять себя в руки и промолчать.

Мистер МакКиллиан между тем сделал паузу, давая мне осознать смысл его слов. Угроза была неприкрытой, высказанной вежливым тоном под аккомпанемент потрескивания поленьев в камине, и от этого показалась ещё более зловещей. Нет, так-то я была готова и к шантажу, и к запугиваниям, но всё равно стало очень неуютно.

— Вы намекаете на то, что попробуете забрать карту силой? — я изогнула бровь, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя внутри всё сжалось. — Мистер МакКиллиан, вы же деловой человек. Скандалы, шумиха, а они наверняка будут... всё это привлекает ненужное внимание. Особенно со стороны людей, которые уже проявили интерес к моим делам.

— Люди? — он прищурился, и его взгляд стал острым, как лезвие бритвы. — О каких людях идёт речь?