Книга Тыквенный пирог мисс Мэгги Стюарт, страница 10 – Александра Шервинская

Вечерний Блайзбери накрыло привычной, уютной тишиной. Горожане постепенно разошлись по домам, так как сентябрь, каким бы тёплым и солнечным он ни был, а всё равно уже осень. Следовательно, пить чай в саду или на незастеклённой веранде вечерами становилось прохладно.

Я сидела в гостиной, поджав под себя ноги, и честно пыталась вникнуть в сюжет «Улисса» в надежде, что, может, в этой реальности я смогу его одолеть. Задача была, прямо скажем, практически непосильная для человека, чей мозг за день был перегружен интригами и шантажом со стороны местного светского общества. Буквы на странице расплывались, превращаясь в бессмысленные символы.

Телефонный звонок раздался так внезапно, что я чуть не подпрыгнула и уронила книгу. Это был Алекс Гилмер, мой неоднозначный жених, который неделю назад уехал в Лондон по делам своей торговой сети и звонил мне каждый вечер около половины десятого.

— Мэгги! — в голосе жениха параллельно с усталостью отчётливо проскальзывали нотки весёлого изумления. — Я не знаю, что ты там натворила, но мой телефон в офисе сегодня просто взорвался. Полагаю, что телефонистки нашего делового центра успели возненавидеть меня всеми фибрами души. Наверное, именно так чувствует себя премьер-министр во время национального кризиса!

— Алекс, ты можешь успокоиться и внятно объяснить мне, что случилось, — я улыбнулась, прижимая трубку плотнее. — У тебя всё в порядке?

— В порядке? — он издал короткий смешок, но я уже достаточно хорошо изучила мистера Гилмера, чтобы понимать: он не сердится. — Я бы так не сказал. За сегодняшний день мне позвонил, кажется, миллион человек. И все из Блайзбери. Сначала был звонок от миссис Доршер. Она была настолько любезна и доброжелательна, что я на секунду подумал, не собирается ли она предложить мне выгодный контракт. Однако оказалось, что она просто вдруг решила сказать мне, какого она высокого мнения обо мне и моих деловых и, главное, человеческих качествах. Я, конечно, поблагодарил, но почему для этого нужно было звонить мне в Лондон, так и не понял. Потом мне позвонил мистер Колгрив...

— О нет, — простонала я и закрыла глаза рукой. — Только не говори, что они звонили тебе по очереди.

— Именно так! — подтвердил Алекс. — Мистер Колгрив красиво и проникновенно говорил о «судьбе города» и «синем знамени» с таким пафосом, будто мы обсуждаем не ярмарку, а как минимум спасение Британии от иноземного вторжения. Затем была мисс Остин. Она была более... прямолинейна. Сказала что-то про «долг перед обществом» и что «девушка из хорошей семьи должна правильно расставлять приоритеты». И тут я понял, что всё это сумасшествие как-то связано с тобой.

Я не знала, плакать мне или смеяться, поэтому просто попросила:

— Прости меня, Алекс. Я пыталась отбиться. Правда-правда пыталась.

— А потом началось самое интересное, — продолжил мистер Гилмер, проигнорировав мои извинения. — Когда телефон зазвонил в десятый раз за час, на меня с искренним любопытством начали смотреть мои лондонские партнёры. Мы как раз заканчивали совещание по сделке с недвижимостью. Представь себе картину: солидные джентльмены в дорогих костюмах, на столе — графики и финансовые отчёты, а я отвечаю на звонок и говорю: «Да-да, я передам Мэгги, что правильно расставить приоритеты — это очень важно» или «Не волнуйтесь, мы с Маргарет непременно это обсудим!» Мистер Фитцджеральд даже отложил свою ручку и спросил: «Гилмер, у вас там что, выборы мэра?».