Книга Параллельный фарватер. Отклонение от курса. Книга 1, страница 192 – Глеб Лютаев

— Да хватит вам уже! – не выдержав, крикнула она. – Вы как маленькие дети. У нас одна общая проблема, а вы тут ерундой занимаетесь. Лучше бы подумали, как нам помощь вызвать.

— Давайте, как в старину, письмо в бутылке отправим, – сам пошутил и сам посмеялся Денис. Удивительно, как он вообще мог улыбаться.

— Точно, как я сам до этого не додумался! – Сергей слабо ударил себя ладонью по лбу. – Я же связист, я должен был это придумать. Фельдъегерская связь!

— Какая ещё егерская связь? – поинтересовался Эдик, постоянно молчавший с самого утра. Лена не могла вспомнить, сказал ли он хоть слово за сегодня.

— Такой вид связи, проще говоря, обычная почта, передаваемая из рук в руки. У военных она называется фельдъегерской, а может, и не только у военных, – ответил за Сергея Данила, затем осмотрел окружающих и продолжил: – Идея неплохая. Возьмём пластиковую бутылку, а лучше несколько, напишем… Чёрт, мы даже координаты не сможем сообщить. Ладно, примерно распишем, сколько прошли от Омана и ситуацию на корабле. Может, кто-то и найдёт.

— Последние координаты, которые я видел, я помню и напишу, – сказал Сергей, обращаясь к Даниле.

Они так и сделали. Решив не дожидаться утра, моряки общими усилиями вкратце расписали ситуацию, перечислили фамилии выживших и попросили ускорить поиски, если это возможно. Написали четыре записки, поместили их в пятилитровые пластиковые баклашки, на которых быстросохнущей красной краской написали SOS со всех сторон. Позже они выкинули их в четыре разные стороны, в надежде, что хоть одна последует нужным маршрутом.

После этого Данила распределил дежурство. Состав и время несения вахты остались прежними. Несмотря на усталость, уснуть сразу ни у кого не получилось.

Ворон сидел и размышлял о своей жизни. Времени для этого было достаточно. Было очень раннее утро и в столовой все спали. Наблюдая, как мучается Володя, Антон предложил ему лечь и подремать. Самому спать совсем не хотелось. Нужно было побыть одному и подумать. Козлов сопротивлялся как мог, но в конце концов отрубился прямо за столом. Ворон будить его не стал. Он молча вспоминал о прожитых годах, время от времени делая большой глоток вина прямо из горлышка бутылки. Что он видел за двадцать четыре года? Да в общем-то, и ничего особенного. В школе постоянно прогуливал уроки, учился плохо, и учителя кое-как натягивали ему тройки за четверти, да и то только потому, что его мать работала в этой же школе.

Дальше был институт. А там что? Там родители платили за его учёбу, его проживание, продолжали одевать его, как и в школе. Да, было весело, студенческая жизнь у него была чудесная, есть что вспомнить и что забыть. Сколько молодых, красивых девочек он попробовал, им и счёта нет. Да и не очень красивых и молодых, в общем, тоже было немало. В тусклом свете догорающей свечи он посмотрел на спящую рядом с Кравцовым Лену. Если бы он действительно захотел, он бы и её наверняка попробовал. Воронов не мог понять, что Даня с ней возится. Ничего особенного ведь в ней нет. В студенческие годы у Антона были девушки гораздо ярче, чем эта замухрышка. Да, симпатичная, да, стройная. И что с того? Видимо, у Кравцова просто мало опыта, вот он и не знает, как её добиться, по крайней мере в самом интимном смысле.