Книга Сеанс в Преисподней, страница 11 – Глеб Лютаев

— Я не могу точно сказать. Я помню, что там была какая-то ерунда. Очень не похожая на обычный сон. На мой сон. Даже не знаю, с чего я взяла, что он принадлежит Праде.

«Такое очень даже может быть», – подумал Рома, но вслух сказал совсем другое:

— А когда ты проснулась, кошка была ещё в ногах?

— Да. Но ноги затекли, и мне хотелось поменять положение. Когда я переворачивалась, она ушла и больше в ту ночь я снов не видела. Я хотела запомнить, что именно мне приснилось, но на утро ничего не могла вспомнить, как ни старалась.

Рома задумался. Если его догадки верны, то есть только один способ проверить.

— Ты ешь, – сказал он дочери. – А то остынет.

Она кивнула.

— Я ем. Ты думаешь, это всё чушь?

Он так не думал.

— Ты говорила маме?

«Лучше бы не говорила».

— Нет, она мне ни за что не поверит. А то ещё подумает, что я наркоманка. Ты же её знаешь. – Ника нервно хихикнула.

«Лучше, чем хотелось бы знать».

Похоже, его дочь повзрослела и унаследовала от него не самые лучшие качества и способности. Надо выяснить.

— Ника, ты считаешь, что увидела во сне чужой сон, точнее сон кошки. Я правильно понял?

Ника опять покраснела.

— Пап, я знаю, как это глупо звучит. Понятно, что ты мне не веришь, но мне просто не с кем этим поделиться. Лучше всего понимал меня ты.

«Приятно слышать».

— Я не то чтобы тебе не верю, но, может, ты просто что-то перепутала. Всё-таки видеть чужие сны как-то странно, а тем более кошачьи. Не думаешь так?

Ника что-то скрывала, он видел это по её красивому юному личику. Только сейчас Рома пригляделся и увидел на нём тонкий слой тональника.

— Ты что, красилась?

Ника растерялась от резкой смены темы. Опустив глаза, виновато ответила:

— Мама не разрешает краситься в школу, но по выходным вроде не против. Так что скажешь по поводу сна, пап?

Рома много чего хотел сказать, но не мог позволить себе это. По крайней мере пока.

— Ты что-то не договариваешь. Если хочешь от меня дельный совет, то ничего не должна скрывать.

Под его взглядом Ника не устояла и, выдохнув, выложила остальное:

— В общем, это не первый раз. Мне кажется, до этого случалось подобное. Просто тогда я не вникала, а сейчас… Сейчас всё было по-другому, как будто отчетливее, что ли.

Девочка замолчала и принялась уминать картошку, словно после того, как выговорилась, на неё напал жуткий голод. Что ж, у Ромы уже созрел план, но, чтобы воплотить его в жизнь, от Ники потребуется определённая смекалка.

— Значит так, Вероника. Нам нужно кое-что проверить. У тебя есть подруги, у которых ты иногда ночуешь? Или они у тебя?

Ника подвоха в вопросе не увидела.

— Конечно, Алёна. Ты её знаешь. Не часто, но бывает, когда мама в хорошем настроении, ночую у неё. Она ко мне почти не приходит, потому что у нас Дима ещё маленький. Он вечно нас достаёт. Мне-то он брат, ничего не поделаешь, естественно, терплю, а ей-то как бы чужой человек.

Она рассмеялась, и на душе у Ромы потеплело. Он ухмыльнулся.

— Отлично. Тогда у меня есть план.

Ника перестала смеяться и серьёзно взглянула на отца. Теперь он видел перед собой не ребёнка, а подростка, который вот-вот перейдёт в новую стадию взросления.

Рома рассказал дочери, что нужно сделать в мельчайших подробностях и заставил её дважды повторить порядок действий. На её вопрос, с чего он решил, что всё получится, ответил, что читал о чём-то подобном и что она должна просто довериться ему, не задавая лишних вопросов. Потом, если дело выгорит, он поделится с ней одной теорией.