Книга Дверь во тьме, страница 143 – Скотт Рэнкин

— Это с их стороны очень жестоко, – заметила мать.

— Жестоко, – согласилась Рен. – И очень умно.

Вторая заупокойная служба будет проведена в память об Ави Вильямсе, Коре Маррин и Тиммонс Девайн. Так как тел для захоронения не было, они решили провести церемонию развеивания символического пепла над морем. Сама служба будет проходить в Часовне-на-Берегу, к югу от городской гавани. То есть совсем в другой части города.

Ландвин намеренно организовал все так, чтобы у Рен отсутствовала возможность посетить обе церемонии. Если она пойдет на службу в часовне, то тем самым откажется от приглашения Тео. Таким образом Бруды пытались заронить в душу Тео семя сомнения. Видишь, она не поддержала тебя в час нужды. Естественно, она для тебя очень важна, но так ли важен для нее ты? Подумай об этом.И даже если Тео отмахнется от их доводов, они могут стать первым шагом в разрушении их связи.

Еще есть вариант пропустить похороны лучшей подруги, а с ней и Коры с Ави. Рен отдавала себе отчет в том, скольким она им обязана. Она здесь, потому что их здесь нет. Это означало бы предать их и их жертвы. Прийти на их поминки – это самое меньшее из того, что она должна для них сделать.

Ландвин поставил Рен перед сложной задачей – а она обожала сложные задачи. Она отложила письмо и поглядела на мать.

— Кажется, я знаю, что делать.

Утром в день похорон она стояла перед зеркалом в комнате матери и надевала лучшее траурное платье, какое только смогла найти. По фасону оно было немного похоже на платье, в котором Тиммонс пришла на вечеринку Тео – плечи так же были выполнены как будто в виде наплечников воинского доспеха. Еще она купила легкую черную шляпку с вуалью, скрывающей почти все лицо. Рен надела на запястье материнский браслет и поправила рукава.

Мать дожидалась ее на кухне – готовила чай. На ней было то же самое черное платье, что и тогда, много лет назад. Это не должно было оказаться для Рен сюрпризом. Фигура ведь у нее совсем не изменилась. Увидев – и вспомнив, Рен чуть не расплакалась. Она подбежала к матери и обняла ее сзади. Ей хотелось сказать, что отмщение близко. Что человек, разрушивший их жизни, наконец находится в пределах досягаемости. Ждать уже недолго. Рен справится там, где не справилась городская система правосудия. Но она молча поцеловала мать в щеку и отдала ей свечу.

— Увидимся через несколько часов.

Солнце еще не встало.

Рен отправилась на похороны.

Если бы Рен не знала, что оказалась в очень богатом околотке города, она бы сразу поняла это, увидев горгулью из живого камня, крадущуюся по крыше монастыря Тихой гавани. В сумерках были различимы лишь ее покатые плечи и остроконечные уши. Живая статуя забралась на колокольню для лучшего обзора вверенного ее защите города.

Кроме священников в храме никого не было – Рен прибыла первой. Под высокими витражами мерцали свечи. Каждый витраж изображал какое-либо историческое событие. Вот первые дельвейцы, плывущие на этот материк в поисках земли, где обитают драконы. Единственный сюжет, где косвенно упоминалась Старая Дельвея. Все остальные описывали становление их великого города. Она нашла четыре корабля, которые отправились на север вдоль побережья. Еще один витраж показывал, как были обнаружены залежи магии, благодаря которым Катор превратился в мощнейшую державу ойкумены. Дальше шли картины важнейших сражений, магических схваток, различных изобретений. В окружении стеклянных виньеток было отображено даже бракосочетание Брудов и Грейлантинов – династический брак, с помощью которого были закреплены Соглашения. Избранные сюжеты косвенно указывали, что за прихожане посещали этот храм: городская знать приходила сюда по праздникам почитать саму себя.