Книга Шепот в стенах, страница 136 – Скотт Рэнкин

Невелин ненавидела себя за то, как легко подобные вещи заставляли ее краснеть. Особенно когда она все еще ощущала боль при мысли, что может быть ему безразлична.

Она до сих пор не знала, чему верить.

— Ты мне нравишься, – просто сказал Гарт. – Честно сказать, я не совсем понимаю, почему ты висишь в платье посреди комнаты, но даю слово: весь наш флирт и записки… Все было по-настоящему.

Эти слова заставили Невелин вспомнить о текущей задаче. На данный момент честности Гарта должно было хватить. У нее не оставалось времени, чтобы задавать ему вопросы или добиваться признания. С каждой минутой план становился все более рискованным.

— Если это правда, помоги мне. Убери эту лестницу.

Он нахмурился:

— Разве она не нужна тебе, чтобы выбраться обратно?

— Нет. Я остаюсь в платье. Пожалуйста, Гарт. Передвинь ее в угол.

Несмотря на свое замешательство, Гарт снова повиновался. Он осторожно отставил стремянку в сторону.

Невелин знала, что больше нельзя терять время. Она сразу перешла к делу.

— Я собираюсь сотворить заклинание. Когда оно начнется, я стану сама на себя не похожа. Вполне возможно, что я буду кричать на тебя. Проклинать – или умолять меня освободить. Не слушай. Не двигайся. Вообще ничего не делай. Если ты правда хочешь остаться здесь, то будешь сидеть в углу и повиноваться всем приказам. Ты понял?

Невелин была готова к тому, что он ринется к двери. Поспешит уйти, пока все не стало еще более странным. Но Гарт сел на то место, которое она указала. Невелин посмотрела на свой амулет, на миг обеспокоившись: не применила ли она к нему магию. Но нет, сердце было обращено темной стороной наружу. Гарт слушался, потому что она ему нравилась. Он хотел быть здесь.

Его присутствие успокаивало ее. Если все кончится плохо, по крайней мере, она не останется одна.

— Ну, была ни была! – прошептала Невелин.

Заклинание вплеталось в нити ткани. Слой за слоем. Если б вместо Гарта за всем этим наблюдал член гильдии ткачей, ее тотчас же признали бы искусной мастерицей.

Легкий толчок – и магия, ввязанная в ткань, ожила. Она вырвалась на свободу, словно сделав глубокий вдох. Невелин мгновенно почувствовала, как платье сжимает ее, как огромная свернувшаяся змея. Оно стискивало бедра, плечи и грудь. На другом конце города платье Тессы Бруд делало то же самое.

Вторая волна чар больше походила на шепот. В этой магии были спрятаны обе силы Невелин, сплетенные в самую мощную версию заклинания, которое она когда-либо создавала.

Одна часть магии убеждала Невелин забыться в этом платье, в этот момент, в этом месте. Вторая же призывала ее увидеть себя в другом платье, в другой момент, в другом месте. Поскольку они были связаны платьями-близнецами, Тесса Бруд чувствовала то же самое.

Невелин мысленно взялась обеими руками за магическую нить между ними и вложила всю свою силу в атакующие заклинания. Ее разум разлетелся на куски. Крошечная частичка той, кем она была, осталась в комнате, свисая с потолка. Но вся остальная Невелин мчалась по городу, пробивая головой каменные стены и танцуя среди толп незнакомых людей. Ее мысли унеслись вдаль, и она могла только надеяться, что привязка сработала, и она приземлится в нужном месте.

Задыхаясь, Невелин пришла в себя. За кулисами «Дремлющей фиалки». Какая-то актриса – она не могла вспомнить ее имя – стояла рядом. Девушка положила руку на плечо Невелин. На ее лице отразилось беспокойство.