Книга Шепот в стенах, страница 116 – Скотт Рэнкин

Закончив, Невелин открыла дверь:

— Ты это слышала?

Рен Монро снова нахмурилась:

— Слышала что?

— Прекрасно. Комната готова. Теперь осталось только выбрать подходящий момент.

— Ты уверена? В театре еще что-нибудь нужно сделать?

Невелин удовлетворенно улыбнулась:

— Нет. У меня все под контролем.

— Отлично. Я больше сюда не приду. Пришлю Вегу. Если Дагвид победит, я отправлю птицу в здание на углу, через площадь. Это будет знаком, что пора переходить к твоей части плана.

Их союзница и помощница замялась.

— Мне показалось… Здесь только что был мужчина? Он выходил из твоей квартиры?

— Пьяный, – сказала Невелин. Ее лицо ничего не выражало. – Брел по переулку и стал мочиться прямо под моим окном. Ты поселила меня в очень милом месте.

— Комфорт и свобода редко ходят рука об руку, – ответила Рен. – Ты здесь надолго не задержишься.

— Да, – сказала Невелин. – Что бы ни случилось, мне не суждено прозябать в такой лачуге. Мы созданы для большего.

Рен неслышно пересекла комнату и встала в тени черного платья. Невелин наблюдала, как девушка водит пальцем по замысловатым кружевам.

— Моя мама часто повторяла, что тьма не длится вечно.

Невелин кивнула:

— Я говорила своей сестре то же самое.

— Но из темноты может выйти нечто прекрасное, верно?

— Прекрасное, – согласилась Невелин. – И опасное.

Больше сказать было нечего. Тихо кивнув, Рен Монро ушла.

Как только дверь закрылась, Невелин откинулась на спинку стула. Она думала о Дагвиде – и только о нем. С кем он сражается? Помогли ли ему какие-нибудь ее исследования?..

Невелин размышляла и размышляла. Она заснула только под утро. Ее сновидения были бесформенными, бесцветными и едва ли вообще походили на сны.

Дагвид неспешно потянулся к своей татуировке с мечом. Он снова изменил заклинание, проведя по рисунку двумя пальцами вместо одного. Меч появился в воздухе.

Противник следил за ним, по-прежнему улыбаясь. Его забавляла их схожесть. Дагвиду потребовалась вся выдержка, чтобы не посмотреть на Кэт. Ему не хотелось думать о том, что этот человек делил с ней. Об их секретах и мечтах.

Чаровник подал сигнал. Начался третий бой.

Соперник не терял времени даром. Он провел большим пальцем по татуировке в центре своей груди. Это был огромный рычащий медведь. Только цвета выдавали, что медведь – одно из творений Кэт. Она всего лишь раз пыталась нарисовать на теле Дагвида какое-нибудь животное. Возможно, именно поэтому.

В воздухе витала магия – что-то голодное и хищное, – но заклинание никак не проявляло себя.

И тогда противник потянулся ко второй татуировке. Третьей. Четвертой. Мужчина ухмыльнулся, и медведь на его груди пошевелился. Дагвид вместе с остальной толпой мог лишь наблюдать, как зверь встает на задние лапы. Другие рисунки задвигались, перемещаясь по коже мужчины, и медведь начал поедать их. Один за другим. Все татуировки были активированы, и теперь их заглатывали жадные челюсти. Дагвид никогда не видел ничего подобного…

«Воины Туска – носители образов», – сказала ему однажды Эва.

Она примостилась в самом углу их тесной комнаты, уткнувшись носом в книгу. Всю неделю Эва болела. Из-за этого она выглядела хрупкой; ее огромные глаза над обтянутыми кожей скулами казались еще больше.

«В этой книге говорится, что они связывают свои татуировки воедино и питаются силой, накопленной в одной из них. Эта татуировка определяет все. Стиль боя, темперамент…»