Книга Гавани солнца, страница 185 – Марта Уэллс

— Где Сейлинель?

Набрав в грудь воздуха, земной собрался с силами и ответил:

— Идем.

Он провел Луна в дверь и через пару прихожих в еще одну комнату с куполообразным потолком. В центре, в окружении колонн из драгоценного зеленого камня, размещались по кругу каменные скамьи с толстыми подушками. По полу в резном желобке, украшенном золотистыми водными растениями, насекомыми и лягушками, вился ручеек. Сейлинель сидела на скамье лицом к двум другим земным обитателям. Одно существо было того же вида, что и Сейлинель, с серой кожей и гребнем на голове, только покрупнее, плотнее сложено и со светлыми волосами. У другого, тощего, голова имела странную треугольную форму, а все остальное тело было скрыто под задрапированным шелком.

Невольный проводник Луна приблизился к Сейлинель.

— Он опять проснулся.

Сейлинель подняла взгляд и заметила Луна.

— Все хорошо, Вата.

Вата поспешила удалиться в другую дверь.

Остальные земные обитатели даже не посмотрели на Луна.

— Ты, конечно, понимаешь, как опасно держать это существо здесь.

Сейлинель подняла брови.

— Не понимаю, почему ты так в этом уверена, Гатин. Раксура – слабо изученный вид, но жандеры, кажется, считают их вполне миролюбивыми.

Гатин издала звук, который Лун счел выражением скепсиса.

— Те жандеры, которые их таковыми считали, пропали или погибли, – сказала еще одна незнакомая земная обитательница. Голос у нее был ниже и более зычным, чем ожидал Лун.

Сейлинель задумалась.

— Судя по сообщениям, полученным с побережья, это не совсем так.

— Но здесь нет никого из них, чтобы сказать это лично, – заметила Гатин.

Они, кажется, не возражали против его присутствия, и Лун пошел дальше, беззвучно ступая по прохладным плиткам босыми ногами. Он остановился у первого изгиба желобка в полу, ощутив желание погрузить ступни в неглубокую воду.

— Единственная разница между ними и сквернами в том, что о них мы меньше знаем, – произнесла худая. – Позволяя этой твари, пусть и раненой, оставаться в доме, ты подвергаешь опасности и себя, и свою прислугу. Тебе следует вывести его из-под попечения Конклава, и тогда можно будет поместить его в темницу.

Лун беззвучно зашипел в усмешке. Сейлинель явно хотела, чтобы он это слышал, хотя он и так уже понял, насколько опасно его положение. Он ждал, что Сейлинель укажет, что «тварь» присутствует при разговоре, но она лишь сказала:

— Мне не кажется, что я или кто-либо еще в опасности. Может, стоит воспользоваться возможностью и узнать о них больше?

— У нас нет времени для подобных расследований, – возразила Гатин.

Лун не знал, что за игру ведет Сейлинель, но участвовать в ней не хотел.

— Почему же? – вмешался он.

Изумленная Гатин обернулась и посмотрела на него.

— Кто это? – спросила она.

Другая повернулась медленнее. Ее глаза выглядели огромными синими кругами, нос был маленький, а рот тонкогубый. Лицо напомнило Луну о мимоходом увиденной резьбе города строителей фундаментов.

— Это Лун из Опаловой Ночи, консорт Нефриты, королевы-сестры двора Тумана Индиго, – спокойно произнесла Сейлинель. И добавила, обращаясь к Луну: – Это Гатин, представитель от пограничных земель империи, и Утрейя-кал Дойен, исполняющая обязанности представителя Хиа-Исеры.

Гатин пристально смотрела на него. Выражение ее лица говорило одновременно об ужасе и досаде. Судить по лицу существа незнакомого вида всегда рискованно, но Лун решил, что догадка довольно надежна. Дойен медленно моргнула, причем веки начали двигаться от внешних уголков глаз.