Книга Мина и Магический Город, страница 11 – Карина Захариас

— Здравствуйте, – вежливо поздоровалась девочка.

— Здравствуй, – ответила женщина. Она подняла брови в недоумении, внимательно рассмотрев Мину, и тут же крепче сжала плечо сына, легонько подталкивая его: «Пойдём, милый. Нужно встать в очередь».

Отец Франца кивнул Мине в знак приветствия. Закрученные кончики его усов подрагивали. Затем мужчина проследовал за женой и сыном.

Мина вздохнула. Похоже, ей тоже пора становиться в очередь, поэтому она медленно поплелась за семьёй. Вдруг раздался голос конюха. «Эй! – крикнул он. – Тише».

Обе кобылы, всё ещё стоя в упряжи перед экипажем, прижали уши и забили копытами. Кажется, конюх пытался распрячь их, чтобы увести в стойло. Но сами лошади, по-видимому, не разделяли его желания.

— Дамы чужих не жалуют, – равнодушно заметил кучер, не вставая со своего места. Он попыхивал трубкой, даже не пытаясь помочь парню. Ни с того ни с сего Мина вспомнила имена лошадок, которые назвал светловолосый мальчик. «Донна! – громко сказала она строгим тоном, каким иногда обращалась к Пеппи, когда тот не слушался. – Вильма!»

Услышав собственные имена, лошади развернули уши вперёд. Они отвлеклись, и конюху удалось подойти к ним. Они всё ещё недовольно пыхтели и следили за ним краем глаза, но теперь стояли неподвижно.

Франц повернулся к Мине. Он был на голову выше, со слегка оттопыренными ушами и дружелюбными карими глазами. «Спасибо! – сказал он, улыбаясь. – Только лучше поторопись». Мальчик указал жестом на очередь: «Ворота закрывают на закате, потом уже не зайдёшь».

Мина широко открыла глаза: «Правда?» Она заспешила. Девочка поняла, что могла бы обрести нового друга, но было уже слишком поздно. Момент ведь уже упущен? Проклятье! Всё ровно так, как она всегда и думала: подружиться с человеком гораздо сложнее, чем с ежом.

Мина встала в очередь прямо за светловолосым мальчиком по имени Франц и его родителями. Взрослые сидели на раскладных стульях: мать что-то вязала на спицах, отец читал газету. Мина же старалась как можно незаметнее разглядывать толпу, собравшуюся на площади.

Одни везли с собой большие мешки и тележки с вещами, которые наверняка собирались продать городским ремесленникам: мука, шерсть, ткани, бумага, доски. Другие нетерпеливо топтались на месте, перечитывая длинные списки того, что, наоборот, хотели бы купить у местных мастеров, вероятно, чтобы перепродать за большие деньги где-нибудь ещё.

Третьи же, видимо, ехали ради приятного путешествия и прогулок по магазинам в своё удовольствие. Мина пришла к выводу, что Франц с родителями, скорее всего, принадлежат к последней группе.

Были и люди, которые, похоже, вовсе и не стремились попасть в город. Они прогуливались вдоль очереди с лотками, продавая желающим булочки и сосиски.

— Булочки! – кричал мужчина с густой бородой. – Тёплые булочки!

— Мамочка, мамочка, – взмолился Франц, – можно мне булочку?

Мама Франца тут же подозвала лоточника. У Мины потекли слюнки, как только в нос ударил запах сладкой выпечки. Она тут же отвернулась. Взгляд упал на несколько небольших разноцветных шатров. Один особенно привлёк её внимание: из тёмно-синей ткани, расшитой жёлтыми звёздами, и входом, занавешенным жемчужными нитями.

— Это шатёр гадалки.

Франц заговорил так неожиданно, что Мина вздрогнула. С видом знатока он откусил от булочки с корицей, которую ему купила мама, и указал на шатры: «Есть ведьмы, а есть гадалки. И те, и другие читают по ладони и предсказывают будущее. Или, по крайней мере, пытаются угадать. На самом деле все они мошенники и шарлатаны». Мальчик поморщился: «Ты знала, что на самом деле они никакие не волшебники? Они ведь живут за стенами города. Власти бы никогда не выпустили из города настоящего ремесленника. Да и гадание – никакое не ремесло. Они просто наживаются на доверчивых людях».