Книга Дочь священной Эриан, страница 26 – Angelina Georgeson

Но Ночь Гил-Эриан возвращала в эти края крупицу жизни. Лихолесские эльфыоживалив эту священную ночь, словно лес наполнялся чистым, не отравленным воздухом. И это заставляло верить, что еще есть шанс отвоевать родные края.

Вот только я давно перестал радоваться этому Торжеству, пробуждавшему самые глубокие, самые ненавистные воспоминания. Те, которые хочется забыть.

— Аранен? — твердый голос отвлек меня, и я недоверчиво приоткрыл один глаз: Тауриэль, возвышаясь надо мной, прожигала настойчивым взглядом дыру в моем лице. Я скрестил руки, закрыв глаз обратно.

— Что такое?

— Таур желает видеть тебя, — бросила она.

Я кивнул, нехотя поднимаясь с пригретого местечка. Тауриэль шумно вздохнула, обведя взглядом чащу и замолчала. Её движения, некогда плавные и мерные, теперь стали резкими, а взгляд — напряженным. Глава стражи излучала тревогу и страх. Кому, как не дочери леса, ощущать тьму, прожигающую Лихолесье изнутри?

По дороге мы еще раз перекинулись парой коротких фраз, а затем и вовсе замолкли, предавшись размышлениям. И только оказавшись во дворце, глава стражи подала голос:

— Аранен, ты в порядке?

— В полном, — покачал я головой. Тауриэль закусила губу, кивнула и, поклонившись, пожелала мне хорошего праздника и удалилась. Не медля я отправился к отцу.

Искать его не пришлось — как, впрочем, и всегда эллон засиживался в своих покоях, занимаясь бумагами.

Адар, сжимая длинными пальцами позолоченный бокал, угрюмо вникал в один из свёртков, разбросанных по столу. Он выглядел поглощенным работой, но взглядом ловил каждое движение, а потому сразу же заметил мое появление. Отложив бумаги, отец расправил плечи, перестав хмуриться, отчего складки на его переносице и лбу мгновенно разгладились.

— Леголас, — начал он серьезно, сложив пальцы шпилем. — Нам нужно поговорить.

Приблизившись к старинному стеллажу со стеклянными, вычищенными до блеска створками, я выудил такой же как и у отца бокал и направился к столу, чтобы наполнить его.

— Я слушаю тебя, — сказал я, сделав короткий глоток, но в горле все равно осталось сухо.

— Не так давно лорд Элронд навещал нас, ты, конечно, помнишь. — Отец судорожно выстукивал пальцами рваный ритм по краю стола, второй рукой покачивая бокал и задумчиво разглядывая красную жидкость.

— Помню.

— И во время его пребывания здесь мы пришли к очень… важному решению. — Отец еле заметно вздохнул, сохраняя образ непоколебимого короля, но глаза его предательски сверкнули грустью. — Натянутые отношения между нами и эльфами Раздола не приведут ни к чему хорошему. В конце концов мы один народ, — он пригубил вина. — Поэтому ты должен жениться на Эрианэли.

На лице не дрогнул ни один мускул, в то время как по телу прошлась волна жара. Пред внутренним взором вспыхнула картина, от которой внутри больно защемило.

Эрианэль.

В объятиях темноволосого эльфа.

Впивающаяся в его губы своими.

Колющее предательство сжало сердце своими костлявыми руками. Боль пронзила грудь, не позволяя сделать вдох.

— Леголас, погоди!

Голос совсем как вопль зверя, попавшего в капкан.

— Дай мне все объяснить!

Точеное бледное лицо в слезах, худые, вздрагивающие плечи, и руки, тянущие меня назад.

— Как я мог полюбить такую, как ты?— голос, пропитанный злобой и отвращением. Мой голос.