Книга Будет больно, страница 46 – Лана Пиратова

Сердечко снова заходится. Прижимаю штору к губам.

Наконец, парень опускает голову, пинает какой-то камень и неспешной походкой уходит.

— Может, мне тебя проводить? Я сейчас быстренько оденусь и пойдём! — бабуля словно чувствует мой мандраж утром, когда я собираюсь ехать в интернат.

Сегодня я возвращаюсь в школу. И так очень много пропустила и придётся усиленно заняться учёбой, хотя, конечно, я и дома занималась. Спасибо Данияру, присылал мне домашние задания.

И опять при воспоминании о нём как-то тепло в груди становится и улыбка сама появляется на губах. Невольно трогаю их кончиками пальцев, вспоминая вчерашний поцелуй. И чувствую, как щёки румянятся.

— Не надо, бабуль, — быстро отвечаю, пряча от бабули лицо и собирая рюкзак. — За мной Данияр заедет и отвезёт в школу.

— Ох, — как мне кажется с грустью вздыхает бабуля. — Будь осторожно, Лиля.

— О чём ты, бабуль? — я чуть хмурюсь, догадываясь, конечно, о чём она.

— Данияр он мальчик хороший, конечно, но…

— Бабуль?

— Он из другой среды… понимаешь? — с заботой смотрит на меня. — Вы с ним из разных миров как будто.

— Бабуль, как раз нет! — подхожу к ней и обнимаю за плечи. Чмокаю в щёку. — Мне кажется, я впервые встретила человека, который так меня понимает! Правда! У нас много общего!

— Да я о другом… — опять вздыхает и гладит меня по волосам.

Наш разговор прерывает сигнал машины с улицы.

Данияр.

— Бабуль, я побежала, а то опоздаю! — быстро целую её в щёку и хватаю рюкзак.

— Лиля! — окликает меня она, когда я уже в дверях стою и обуваюсь.

Поднимаю на неё взгляд.

— Пожалуйста, будь осторожна. Ты у меня девочка умненькая, — бабуля так искренне и пронзительно смотрит на меня, что я снова бегу к ней и обнимаю.

— Бабуль! Всё хорошо будет! Не переживай, пожалуйста! Я тебе сегодня позвоню после уроков!

— Хорошо. Иди, а то опоздаешь.

Целуемся на прощание и я бегу по лестнице вниз.

У подъезда уже стоит машина Данияра, а сам он облокотился о капот и сразу же устремляет на меня свой пронизывающий насквозь взгляд.

— Привет, — говорю я, подходя к нему.

— Привет, — он наклоняется и едва касается губами моей щеки. — Поехали учиться?

Киваю и он открывает мне дверь.

По дороге Данияр словно пытается отвлечь меня. что-то рассказывает, шутит, заставляя смеяться. Наверное, он тоже чувствует мой мандраж.

Мне не то чтобы страшно. Просто я не знаю, что меня ждёт в общаге. За время моей болезни мы созванивались с Катей и она рассказывала, что в общаге были следователи и директор школы провела с девочками серьёзную беседу о том, что никто не должен узнать, что тут произошло. Что всё должно остаться в стенах интерната. Иначе…

Впрочем, я не очень понимала, чего всего так боятся. Ну, поскользнулась, упала. Что такого? Почему такие разборки?

Машина Данияра паркуется за забором интерната и парень помогает мне выйти.

Я встаю и осматриваю знакомое здание. Как будто собираюсь с духом, чтобы пойти дальше. Оказывается, как сложно возвращаться…

— Ты чего застыла? — Данияр берёт меня за руку и чуть дёргает. — Пошли! А то Семёныч Гестаповне настучит и она уже нам по башке настучит!

И он уверенным шагом ступает к зданию школы и я, быстро перебирая ногами, следую за ним.

Первой, с кем я встречаюсь взглядом, стоит мне войти в класс, оказывается Наташа. Она стоит со своей подругой у противоположной стены. Они что-то обсуждают, улыбаясь.