Книга Будет больно, страница 35 – Лана Пиратова

— Чё? Кто первый после выхода из больнички?

— Хлебало закрой! Губу закатали! Со мной будет, — слышу голос Коровина.

— Ты чё? А Басман?!

— Сам с ним разберусь!

— Ну, чё? Давай разберёмся! — громко произношу я, ставя рюкзак на пол.

Одноклассники тут же расступаются и поворачиваются ко мне. Шок читается у всех в глазах.

— Чё там у вас? — спрашиваю, ступая к ним.

Кто-то отходит, кто-то косится на Коровина.

Он сидит, развалившись на стуле, и дерзко смотрит на меня. Крутит телефон в руке.

— Покажи! — впиваюсь в него взглядом исподлобья.

— Меньше знаешь — лучше спишь, Басман! — ухмыляется он.

Делаю шаг к нему и оставшиеся одноклассники тоже отходят от его парты. Мы остаёмся с ним один на один. Никто не решается влезть между нами. И правильно

В груди вспыхивает огонь и какое-то непонятное предчувствие заполняет грудную клетку.

Словно это меня касается. То, над чем они ржали.

— Показывай! — рычу я, сжимая кулак.

Коровин хмыкает, разблокирует телефон и поворачивает его экраном ко мне.

Глаза моментально расширяются. Глубокий вдох, который опаляет лёгкие гневом.

Я впиваюсь взглядом в картинку не в силах отвести взгляда.

Это не может быть правдой! Не может!

— Откуда это у тебя?! — сразу сильно толкаю его в плечо. Так, что он чуть ли не падает со стула. — Откуда, я спрашиваю?! — наступаю.

— Это не только у меня, Басман! — хмыкает Коровин. — В чат закинули. Сам глянь!

Обвожу всех колючим взглядом и достаю телефон. Просматриваю сообщения в классном чате, в который не заходил недели две точно. Сразу кручу на последнее сообщение.

Точно. Не врёт. Вот она. Фотка Лили.

— Кто послал?! Ты?! — хватаю Коровина за грудки и встряхиваю. — Ты?!

— Да вот еще! — пытается вырваться он. — Делать нечего! Сам посмотри, Басман! От бота пришло! Не из наших кто-то!

— Кто?! — рычу, обводя всех взглядом. — Лучше сразу скажите, кто! Всё равно выясню!

— Данчик, ну, ты чего? — не в тему лезет ко мне Натаха. — Ну, фотка. Что такого? Чокнутая и не помнит, наверное, ничего! — хихикает.

— Да пошла ты! — толкаю её от себя. Она зло зыркает, но мне плевать.

— Кто? — ещё раз внимательно смотрю на каждого.

Что это сделал кто-то из одноклассников, я уверен на сто процентов. Потому что больше некому. Кому ещё это надо?

Но никто не признаётся.

— Сюда иди! — хватаю старосту класса очкарика Седова. — Удаляй! — рявкаю на него.

Он админ чата и только он может удалить фото.

Седов трясущимися руками стирает из чата фотографию.

— Кто это сделал? — встряхиваю его. — Кто?! Ты админ! Ты должен знать!

— Я… я не знаю, — заикается он. — Я… там бот какой-то… это не я…

Дрожит как кролик. Бесит. Толкаю его от себя.

— В очередь вставайте! — грозно приказываю я. — Все! В очередь! Каждый подходит и показывает мне телефон свой. Галерею. Чтобы я видел, что ни один урод ничего не сохранил. Увижу у кого… — и медленно сжимаю кулак.

Все послушно встают и показывают мне свои телефоны. Молча проверяю. А у самого перед глазами эта картинка.

Лиля лежит без майки на полу душевой, а на лбу у неё какой-то то ли краской, то ли ещё чем-то написано «Я шл… ха».

Кто мог такое сделать?

Слежу за Коровиным. Он, конечно, урод. Но это не он. Во-первых, душевая в бабской общаге. Во-вторых, нахрена Коровину это?

Это кто-то из баб.