Книга Искатель, 2011 № 01, страница 100 – Кир Булычев, Василий Щепетнев, Юрий Достовалов, и др.

Всего в восьми километрах западнее Кенигсберга находилось поместье Гросс-Фридрихсберг, которое Кох считал своей собственностью. Здесь располагался опорный пункт второго гарнизона Кенигсбергской крепости. Бывший военнослужащий этого гарнизона сообщил, что офицеры вскрыли в поместье какие-то подозрительные ящики, где были замечены детали Янтарной комнаты. Очевидец находился в поместье десять дней (во второй половине февраля), и за это время оттуда было вывезено много разнообразных грузов. Может, тогда же была перевезена и Янтарная комната?

В 1960 году в прессе появилось сообщение о том, как в поместье Гросс-Фридрихсберг под дулами фашистских автоматов работали советские военнопленные. Одного из тех бывших пленных удалось разыскать. Этот человек приехал в Калининград и рассказал, что пленные устанавливали в земле — вертикально — трубы большого диаметра и накрывали их крышками. Он указал место, где шли работы, и там действительно обнаружили эти трубы — к сожалению, пустые.

Итак, в окрестностях Кенигсберга не смогли обнаружить никаких следов Янтарной комнаты. А что, если ее вообще не вывозили из города? Есть и такая версия, которая опирается на показания трех очевидцев.

Вольфганг Роде, сын директора кенигсбергского музея, в 1955 году сообщал, что отец говорил ему в конце войны, будто не боится прихода русских, ибо совесть его чиста и он укажет им, где искать похищенные у них ценности — киевские и минские. Но поскольку отец не упомянул о Янтарной комнате, Вольфганг Роде предположил, что доктор Роде, вероятно, спрятал Янтарную комнату в потайных подвалах Кенигсбергского замка, так как очень не хотел с ней расставаться.

Заведующий гостиничными номерами в этом замке, Альфред Файерабенд, уверял, что в марте 1945 года он был свидетелем того, как Эрих Кох лично установил, что Янтарная комната все еще в замке.

И третий свидетель — Эрих Кох, собственной персоной.

Долгие годы после войны, находясь в заключении в Польше, он не желал давать показания о судьбе Янтарной комнаты. Лишь в 1965 году вдруг «вспомнил», что в апреле 1945 года Янтарную комнату спрятали в бункере на окраине города. В 1967 году Кох заявил, что существовал документ, в котором он выражал недовольство тем, что Янтарная комната до сих пор еще не эвакуирована.

О существовании какого-то бункера вне замка знала и фрау Крюгер, управляющая. Она полагала, что именно сюда после воздушных налетов перенесли ящики с Янтарной комнатой. По ее словам, бункер находился в Ботаническом саду. К сожалению, эти сведения были получены лишь в конце 1970-х годов.

Янтарную комнату искали и под руинами замка, и во внутригородских подземельях, используя все новые и новые технические средства, но безрезультатно. Сразу после того, как город заняли советские войска, началась тщательная проверка подземных военных сооружений. Находили взрывчатку, оружие, всевозможные предметы — только не Янтарную комнату.

В 1967 году польская печать сообщила, что Кох наконец указал точный адрес, по которому следует искать пропажу: «в Калининграде, в городском районе Понарт, в бункере под старой польской римско-католической церковью». По словам Коха, над бункером были взорваны бомбы, чтобы уничтожить его внешние приметы. Однако в районе Понарт не было такой церкви, здесь находилась евангелическая церковь, не пострадавшая ни от каких взрывов. А старая польская римско-католическая церковь действительно существовала в центре города, правда, в другом районе. И ее, по рассказам местных жителей, в начале апреля 1945 года действительно разрушил какой-то необъяснимый взрыв — она рухнула, когда не было ни артобстрела, ни бомбардировки. Это место тщательно проверили и извлекли из засыпанного подвала две примечательные вещицы: мраморную статую Амура и изысканное старинное кресло. На задней поверхности кресла и на цоколе скульптуры были обнаружены металлические пластинки с номерами и надписью кириллицей: «Музей Пушкина»...