Книга Искатель, 2011 № 03, страница 24 – Константин Кривчиков, Владимир Соколов, Андрей Ивахненко, и др.

Нил Маркович решил поговорить с матерью пропавшей девушки. Убитая горем Полина Сидоровна, нервно теребя конец клеенки, которой был застелен стол, сообщила следователю следующее:

— Уже месяц прошел, как Галочка ушла из дома и не вернулась. Я места себе не нахожу. В тот вечер она куда-то собиралась, надела новое платье, крутилась у зеркала, прихорашивалась. Я не выдержала и спросила: «Доча, куда это ты? Не на свидание?» Галя весело посмотрела на меня и ответила: «Я уже взрослая и тебе докладывать не обязана». Потом поцеловала меня и убежала. Больше ее не видела. Все слезы выплакала. Найдите ее, мою кровиночку, товарищ следователь, живую или мертвую. Хоть на могилку сходить». — Материнское сердце не выдержало, и Полина Сидоровна разрыдалась.

— Успокойтесь, вот попейте водички, — протянул Родионов несчастной женщине стакан с водой. — Я обещаю сделать все, что возможно. Галя не могла куда-то уехать?

— Нет. Родственников у нас нет. Куда она поедет? И не собиралась она вовсе никуда уезжать.

— А к кому же она могла на свидание пойти? С кем ваша дочь дружила? Из парней — я имею в виду.

— С кем дружила? Да ни с кем. Она же совсем недавно из заключения вернулась. Вы, наверное, об этом знаете. В школе она дружила с мальчиком Витей Рассказовым, с которым училась в одном классе. В десятом классе у них даже любовь была, но такая несерьезная, детская. Однако после школы пути Гали и Вити разошлись. Витька нашел себе другую — Тоньку Малинину, а когда Галя была в колонии, женился. Дочка переживала — по-моему, она действительно любила Витю, но тот оказался вертихвостом. А потом у Галки все перегорело, так часто у молодых бывает. Вначале любовь до гроба, а потом раз-два и разбежались.

— Но первая любовь не забывается и часто возвращается, — возразил следователь. — Не возобновили ли Галя и Виктор отношения?

— Нет! Что вы. Я бы знала. Дочь от меня ничего не скрывала. В последний раз только почему-то не сказала, куда идет. А потом, у Витьки семья, ребенок, Галку он бросил по своей воле. Зачем ему, как вы говорите, «возобновлять»?

— А что вы можете сказать об изнасиловании вашей дочери?

— Что сказать? Темное это дело. Похоже, прикрыли его. Там сынок прокурора замешан был, вот и не дали ходу. А Галка по своей глупости отомстила насильнику. Да еще подруг втянула в эту историю. Я дочку не оправдываю. Упаси господи! Но должна же быть и справедливость, наверное. Бандит на воле гуляет, а дочь в тюрьме отсидела, а сейчас, возможно, ее и в живых-то нет, — опять навзрыд заплакала мать.

— Бандит на воле уже не гуляет, Полина Сидоровна. Дело по изнасилованию вашей дочери возобновлено. Арканов Вадим арестован вместе с сообщниками, которые глумились над вашей дочерью. Дело будет передано в суд, и негодяи получат по заслугам.

— Есть все-таки Бог! Услышал мои молитвы. Так им и надо. Спасибо вам. Я ждала этого часа, а поэтому скажу вам то, что никому еще не говорила. — Хозяйка на минуту задумалась, а потом решительно подошла к висевшей на стене картине, вытащила оттуда сверток и протянула его следователю.

— Что это? — удивился Родионов.

— Деньги, большие деньги...

— Поясните подробнее, что за деньги, откуда?

— Когда прокуратура завела дело по насилию, а потом его закрыла, кто-то положил под дверь нашей квартиры этот сверток. Там пять тысяч. Я думаю, что это дело рук прокурора, который замял дело и таким путем решил спасти сынка и откупиться перед нами. Мне эти вонючие деньги не нужны, заберите их и делайте с ними все, что хотите.