Книга Цветы смерти, страница 44 – Ли Тонгон

— Ты считаешь, Ли Ёнхван должен жить?

— Нет! Конечно, умереть. Его надо казнить. – Он сказал это не потому, что хотел успокоить старшего коллегу. Он действительно так считал.

Чан Тонхун медленно обернулся и с удивлением посмотрел на прокурора:

— Почему?

Чан Тонхун видел людей, желавших Ли Ёнхвану смерти, только по телевизору. Поэтому младший прокурор стал первым знакомым, который разделял его мысли.

— Потому что так правильно. А зачем тогда законы нужны, если отпускать каждого преступника, обладающего необыкновенными способностями? Подонки, которые убивают людей, должны почувствовать то же самое, что и их жертвы.

Младший прокурор сам не пострадал от действий Ли Ёнхвана и не пережил травматичный опыт в прошлом, как Чан Тонхун. Он просто усердно учился, чтобы стать прокурором. А убить преступника он хотел из-за чувства справедливости.

После слов коллеги Чан Тонхун успокоился. Но не успел он и рта открыть, чтобы ответить, как увидел бегущего к нему человека.

— Прокурор Чан! Твои ругательства слышны аж на первом этаже! – крикнул он ему. Это был главный прокурор Куама.

При виде его Чан Тонхун расслабился.

— Неужели Ли Ёнхван останется безнаказанным? – спросил он, подойдя к главному прокурору.

— Ты думаешь, что только мы решаем? Иди за мной, – сказал собеседник, мягко подтолкнув его в спину.

— Куда мы идем? Тебе не кажется абсурдным помиловать преступника, который убил двести двадцать три человека?

— Какое помилование? Он еще даже операцию не провел. Я же сказал, следуй за мной, – раздраженно проворчал старший прокурор и потащил его прочь. Холл опустел. И только младший прокурор продолжал стоять в одиночестве. Он чувствовал, что не стоило идти за коллегами.

Главный прокурор увел Чан Тонхуна в отдельную комнату. Там стоял стеклянный стол и три черных кожаных кресла. На одном из них сидел один из членов правительства и пил кофе. Рядом с ним расположился парламентарий Пэк.

Как только Чан Тонхун вошел, он сразу увидел знакомое лицо.

— Господин Пэк! Как же так? Разве это правильно позволять Ли Ёнхвану оперировать? – начал было он, подойдя к наставнику, но тот жестом указал ему замолчать и сесть за стол.

— Прокурор Чан! Снизьте тон, сядьте и поздоровайтесь! – сказал Пэк, указывая на сидящего рядом мужчину.

Чан Тонхун заметил напряжение в его глазах, перевел взгляд на политика и тепло поздоровался. Причина была проста – этого человека нельзя игнорировать. Чан Тонхун, которого обычно невозможно был остановить, затрепетал перед ним. Мужчина ничего не делал. Не сказал ни слова, не сделал ни жеста. Он просто сидел и пил кофе. Так выглядит сила. Невидимая сила, которая двигает этот мир.

Чан Тонхун последовал совету парламентария и сел в кресло. Внезапно старший прокурор вышел, оставив их наедине.

— Господин Пэк! Он убил двести двадцать три человека. Как это объяснить семьям жертв? Ему все сойдет с рук? – Его тон стал мягче, но злость никуда не ушла.

— Я прекрасно знаю, что вы переживаете за семьи жертв. Но мы выплатим им достойную компенсацию. Решение о проведении операции принято в правительстве. Слишком поздно что-то менять. Давайте сменим тему. Будете кофе?

— Нет! – закричал Чан Тонхун и вновь вскочил с места.

Чайная ложка, которой мешали кофе, прилетела ему в лоб и упала на пол. В комнате воцарилась тишина. И только катящаяся ложка еще какое-то время стучала о паркет.