Книга Мы не отбрасываем тени, страница 26 – Ли Тонгон

600 миллионов… 600 миллионов… 600 миллионов.

Сумма эхом отдается в голове.

— Ну что, примерно месяца хватит? – спрашивает меня Ким Пхильчжон. Месяца вполне достаточно, да и предложение в любом случае придется принять. Но для начала у меня есть кое-какой вопрос.

— Похоже, из-за него пострадало немало людей?

Ким Пхильчжон кивает. Ответ, кажется, позволяет угаснуть остаткам совести. Внезапно на меня наваливается чувство ответственности, но в голове ни намека на мысль о том, что я ошибусь.

— С учетом домашнего адреса и соблюдения мер безопасности это займет около месяца. А как я получу деньги?

Все же мысль об убийстве человека не дает покоя. Я оборачиваю это неприятное чувство в обертку «он плохой парень» и закапываю как можно глубже в 600 миллионов.

— Как хочешь. Переводить на счет тебе не очень, да? Наличкой, золотом? Часы? Главное выполни работу, а там уж на твой вкус. Все устрою.

Вместе с его словами перед моими глазами как наяву проносятся пачки наличных, на которых изображена Син Саимдан^[9], сверкающее золото, дорогущие брендовые часы, итальянские иномарки, – все то, что можно купить на 600 миллионов.

— Тогда договоримся после окончания работы.

Я продолжаю скрывать эмоции и держу максимально бесстрастное лицо. Во мне сейчас коктейль чувств. Трудно описать то, что я чувствую, но одно можно сказать наверняка – счастье преобладает.

Дальше разговор шел так: он сказал, что в следующий раз пришлет все в СМС, так что приезжать сюда больше не нужно. Добавил, что записи видео, как меня тащили сюда и оттуда, где я обычно бывал, в том числе у дома, удалены, так что можно не беспокоиться. Он также устроил прикрытие: мол, если кто спросит, он скажет, что я здесь занимаюсь ремонтом склада. Завершил он все изысканными комплиментами, однако я полностью пропустил его похвалу мимо ушей. Я не собираюсь сближаться с ним. Не хочу иметь с ним ничего общего.

Закончив разговор с Ким Пхильчжоном, я снова направляюсь домой.

Спустя час ходьбы от склада я вызываю такси и выхожу в месте, расположенном далеко от моего дома. Время, когда видны лишь последние отблески заката. Луна, спихивая солнце, возносится в небе. Когда я встречался с Ким Пхильчжоном, мне казалось, что я совсем не нервничал, но, видимо, это было мое заблуждение. Тело изнурено так, будто я только что выполнял бег с прыжками. Стоя под моросящим дождем, я поднимаю голову и глубоко вдыхаю, и тут мой взгляд падает на световую вывеску: BAR. Я довольно часто хожу по этой улице, но сегодня впервые заметил здесь бар. Возможно, я не видел его раньше, потому что он находится высоко, выше меня.

Любопытство потащило меня за собой. Так я оказался внутри здания. Бар находился на третьем этаже, и уже по одному виду лестницы можно было судить, что он на порядок отличается от ветхого джаз-бара. Слова «роскошный» и «стильный» вырываются сами собой. Раньше, даже если бы подобное заведение попалось мне на глаза, я и не подумал бы туда заходить. Но сейчас у меня столько денег, что я даже не замечу траты в сотни тысяч вон на виски. Плечи невольно расправляются, а в шее появляется спесь.

Я поднимаюсь по лестнице и чувствую под ногами дорогой ковер. Стены отделаны на вид старинными деревянными панелями. Постепенно до ушей долетают звуки джаза. Я произношу название номера. Джаз звучит приглушенно, едва слышно, но это настолько известная композиция, что я узнал ее сразу же. Дверь, ведущая внутрь, роскошно отделана черной кожей. Я пока не касался ее, но чувствую, что она прочная и толстая.