Книга Инженер. Система против монстров 12, страница 121 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Слышь, Миша… А пахнет-то вкусно…

— Ага, — подтвердил тот с абсолютно серьёзным лицом, — как в ресторане.

— Эскарго! — торжественно объявила Искра. — Обед готов, господа! Подавать с белым сухим!

Я размял шею. Повернулся к Соболеву.

Полковник стоял на том же месте. Руки за спиной. Кристаллики инея на его воротнике не изменили конфигурации. Каменное лицо. Но сердцебиение поднялось до семидесяти двух. На двенадцать ударов выше нормы для человека, который «просто смотрел».

Он шагнул ко мне.

— Впечатляющая работа, — произнёс Соболев ровным голосом. — Координация. Скорость реакции. Слаженность. Не хуже моих штурмовых групп. Может, лучше.

Прозвучало не как комплимент, а скорее как разведсводка, составленная в режиме реального времени.

— Доспехи, — добавил он, чуть понизив голос. — Это… ваша разработка?

— Полностью, — кивнул, слегка покривив душой, всё же исходный чертёж я получил от Системы. — Проектирование, чертежи, сборка. Титановый сплав, дисперсно упрочнённый нанокерамикой. Миомеры и сервоприводы. Нейромышечный интерфейс. Техномагическая интеграция.

— Массовое производство?

На этот вопрос я не ответил сразу. Полковник хочет знать, успел ли я вооружить всю фракцию.

— Процесс создания идёт непрерывно, — ответил я.

Искра подошла, вертя жезл в пальцах. В глазах горело ехидство.

— Видите ли, — она окинула Соболева и его людей взглядом. — Пока вы отсиживались в бункере, будущее уже наступило. Технократия рулит!

— Искра, — тихо осадил я.

Она картинно сжала губы, провела большим пальцем по ним, как по застёжке-молнии, и повернула воображаемый ключик. Потом выбросила его. Но можно не сомневаться, что быстро найдёт.

Я обернулся к Соболеву и позволил себе лёгкую, открытую улыбку.

— Андрей Викторович, предлагаю вернуться к прерванной работе. Двести тонн деликатесного мяса сами себя не разделают. А ребята пока займутся моллюском и птичкой, — я кивнул в сторону Бориса и Медведя, которые уже деловито обходили панцирь Живородки, примериваясь. — Мяса много не бывает, верно?

— Верно, — полковник одёрнул китель. — Воронов, доложи на базу: ещё два объекта добычи, ориентировочная масса… — он прикинул, — семьсот-восемьсот килограммов чистого продукта. Пусть готовят дополнительную тару.

— Есть.

Мы двинулись обратно к угрю. «Спектр» вспыхнул в моей руке привычным бело-золотым сиянием. Соболев разминал пальцы, и воздух вокруг его кистей мерцал инеем.

Краем глаза я поймал ещё одну картину.

Олеся стояла возле дохлой туши Когтекрылого Стервятника. Тварь лежала на боку. Одно крыло торчало под неестественным углом, отбрасывая рваную тень.

— Жалко птичку, — тихо сказала девочка.

Ершов, уже освободившийся от доспеха и стоявший неподалёку, молча подошёл и положил руку ей на плечо.

— В твоей жизни будет ещё много птичек, Олеся, — сказал он негромко, без обычного цинизма. — Красивых. Живых. Хороших.

Она кивнула. Потом вдруг подняла голову, и на грустном лице расцвела улыбка.

— У меня же цыплята есть! Куролиски! Они растут! Вот вырастут, и мы будем на них летать! Ну… или скакать! Вместо лошадок!

— Транспорт будущего, — подтвердила Искра.

* * *

Разделка заняла ещё два часа.

Мы с Соболевым работали почти молча, плечом к плечу. Я резал — «Спектр» шёл сквозь плоть, обугливая срезы. Полковник промораживал — ладонь к блоку, секунда, хруст льда. Потом один из нас отправлял замороженный продукт в Хранилище своей фракции.