Книга Инженер. Система против монстров 9, страница 49 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Игнат чуть склонил голову набок. Ни единый мускул на его лице не дрогнул. Ни капли пота. Ни расширенных зрачков. Он по-прежнему выглядел как тихий клерк, попавший в неприятную ситуацию.

— Я абсолютно уверен в своей природе, — произнёс он тоном учителя, объясняющего урок нерадивому ученику. — Я самый обычный, заурядный человек. Сводил дебет с кредитом, начислял зарплату, сдавал отчётность в налоговую. Скучнейшая жизнь. Единственным развлечением было собирать модели кораблей по выходным. Самый большой мой грех — однажды я не заплатил за парковку. Я даже в отпуск ездил всегда в одно и то же место — в санаторий под Анапой. У меня там тётя…

Он говорил гипнотически ровным голосом. Ни тени боли. Ни капли страха.

— Заткнись! — рявкнул Ершов, усиливая давление. Я видел, как по его лбу струится пот. Он вкладывал в навык всего себя. — Я не спрашивал про твою грёбаную тётю! Я спросил, КТО ТЫ! ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ ПРИЧИНИТЬ НАМ ВРЕД⁈

Игнат на мгновение прикрыл глаза. По идее, сейчас он должен был почувствовать, как его нервные окончания сворачиваются в узелки. Но нет, ничего нового не произошло. Он открыл глаза и посмотрел на Ершова с искренним, неподдельным сочувствием. Так смотрят на человека, который бьётся головой о стену.

— Я уже ответил, — сказал он. — Я человек. И я не собираюсь никому вредить. Зачем? Мы же все люди и должны держаться вместе, чтобы выжить в это трудное время.

— Он издевается, — прошипела Искра, кончик её жезла вспыхнул ярче. — Лёша, он просто глумится! Давай я ему яйца поджарю, посмотрим, какой он бухгалтер!

— Подожди, Аня, — я поднял руку. — Тарас, он не чувствует боли. Вообще. Это либо полный блок нейрорецепторов, либо… их отсутствие.

— Сучонок, — прошипел Тарас сквозь зубы. — Он должен сейчас на полу корчиться от боли, а он мне про свои кораблики рассказывает! Ладно. Поговорим иначе.

Тень качнулся вперёд.

— Может, хватит разговоров? — спросил он. — Мои клинки тоже умеют задавать вопросы. Очень убедительно.

— Рано, — отрезал Ершов, вытирая со лба испарину. — Иголки под ногти загнать всегда успеем. У меня остался последний козырь.

Полицейский выглядел уставшим. Мана уходила вёдрами, а результата ноль. Он поглотил ещё один кристалл, крупнее предыдущих. Выпрямился, глубоко вдохнул и выдохнул. Казалось, он собирается с силами для последнего, решающего рывка. Его глаза потемнели, превратившись в два чёрных колодца. Во все стороны ударила волна чистого, концентрированного страдания.

Тарас Ершов активировал навык «Зеркало Совести».

Ментальная петля. Принудительное погружение в чувство вины и раскаяния. Критический урон психике. Человек под воздействием «Зеркала» должен начать видеть все свои грехи, все подлости, всю грязь своей души в гипертрофированном виде.

Воздух в комнате стал вязким, как кисель. Это самая мощная атака Ершова, способная довести до самоубийства даже закоренелого рецидивиста за пару минут. Я ощутил отголоски этого ужаса. Мир на секунду потерял краски, став серо-чёрным. Искра охнула и пошатнулась. Тень стал мрачнее обычного, лицо закаменело.

Вся эта мощь обрушилась на одного-единственного человека, сидящего на стуле. На этот раз полицейский ничего не спрашивал.

Он просто ударит по «бухгалтеру».

Мы ждали крика. Слёз. Мольбы о пощаде. Истерики.