Книга Инженер. Система против монстров 8, страница 95 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Боже… какая замечательная штука… Очень-очень нужная в хозяйстве.

Голубая вспышка, и браслет исчез в моём инвентаре.

— Сволочь, это моё! — тут же заорала Рейн и снова дёрнулась в наручниках.

— Эй! Отпустите её! — выкрикнул Полкан, делая шаг вперёд. — Она наша командирша!

Сильвер положил руку ему на плечо и покачал головой, дескать «не надо».

Женя, до этого молча наблюдавший за сценой, снова поднял ствол ТТ, направив его на грудь Полкана.

— Да вы права не имеете! — задохнулся Полкан, но отступил.

— Права? — холодно уточнил Ершов. — На счёт прав я уже всё объяснил. Теперь тут действует только одно право. Право сильного. И сейчас оно не на вашей стороне. Руки в гору. Оба.

Полкан и Сильвер переглянулись. Они поняли. Медленно, с неохотой, подняли руки вверх. Марина продолжала сопротивляться, но без магии это плохо получалось. Сокол сделал несколько шагов к сестре и замер. Его лицо было бледным, на нём смешались ужас, стыд и отчаянная, беспомощная злоба.

— Отпустите её! Она же…

Он замолчал на полуслове, встретившись со мной взглядом. Точнее, с тёмным бронестеклом визора. Я не сказал ни слова. Просто стоял и смотрел. Этого хватило. Сокол сглотнул, опустил плечи и отступил на место.

Ершов удерживал Марину сзади, одна его рука лежала на её плече, вторая контролировала заведённые за спину и скованные наручниками кисти. Классический полицейский захват для конвоирования. Я сделал шаг к ней. Доспех тяжело громыхнул, и девушка вздрогнула.

— Ершов прав, — мой усиленный динамиками голос заполнил двор. — И не прав одновременно. Да, старых законов больше нет. Уголовного кодекса, административного, процессуального — всё это пепел. Но мы есть. И мы — люди. Во всяком случае, отчаянно пытаемся ими остаться. А у людей, даже самых диких, всегда был закон, высеченный не на камне, а в самой сути общества.

Я сделал паузу, давая словам впитаться.

— Закон гостеприимства. Ты напала на хозяина в его доме. Ты применила смертоносную силу против тех, кто спас тебя и твоих людей из каменного плена. Ты едва не убила одного из моих лучших бойцов, который встал между тобой и мной, защищая меня. Ты нарушила самый древний и самый священный закон. И тебе придётся за это ответить.

В ответ на мои слова Марина снова вскинула голову. Её глаза, полные слёз, на мгновение заполнились знакомой краснотой. Похоже, действие «Жетона Переговорщика» истекло. Она попыталась собрать остатки своей магии, нанести ещё один, последний удар.

Я видел, как напряглись мышцы на её шее, как она вложила в эту попытку всю свою волю. Но её тело было на пределе. Адреналиновый допинг закончился, оставив после себя чудовищное истощение. Мана была на нуле. Глянцевая краснота из её глаз тут же ушла, сменившись бессилием. Она тяжело закашлялась, её тело обмякло в руках Ершова.

Я смотрел на неё, как на сломанный, но всё ещё опасный механизм.

Дурная кровь. В прямом смысле.

— Уведи её, — сухо бросил я Ершову. — Запри в той подсобке, где раньше держали тебя, а потом Сокола. Там бронированная дверь. Приставь караул. Если попробует фокусничать или буянить, ни в чём себе не отказывай. Действуй по обстановке.

Ершов криво усмехнулся. Эта ухмылка не сулила ничего хорошего.

— Будет сделано, командир. Пойдём, красавица. Экскурсия по нашим пенатам. Тебе понравится. У нас там уютно. Пауки, тараканы… романтика.