Книга Инженер. Система против монстров 7, страница 64 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Активирован: «Энергетический щит (наручный)»

Голубая плоскость щита вспыхнула перед моей рукой. Секира с низким гулом врезалась в неё. Удар был такой силы, что меня качнуло. Но щит выдержал. И не просто выдержал. Он отбросил секиру назад с той же яростью, с какой она ударила. Берсерка мотнуло, он едва устоял на ногах, его рука затряслась от вибрации. Он ошарашенно уставился на свой топор, потом на мой щит. В его глазах, полных боевого безумия, промелькнуло недоумение.

«Ошибка, друг. Ты открылся», — подумал я.

Вскинул руку, призывая оружие из инвентаря. Но не копьё, тратить заряд крио-модуля на этого мясника я не собирался. Он просто не стоил таких расходов. Вместо этого в моей правой руке материализовалась рукоять. Тяжёлая, обмотанная кожей. Клинок — перекованная рессорная сталь. Гарда — скрученная труба. Тот самый меч, который я вытащил из спины Сухожила. Грубое, брутальное оружие, идеально подходящее для вскрытия консервных банок.

Берсерк взревел и снова бросился в атаку. Лезвие его оружия превратилось в размытый багровый шлейф. Удары посыпались градом. Горизонтальный взмах, нацеленный мне в бок. Вертикальный, стремящийся расколоть меня пополам. Диагональный, метящий в плечо. Каждый удар сопровождался гулом рассекаемого воздуха и звериным рыком Борова. Он был машиной для убийства, вихрем стали и ненависти.

Но он столкнулся с другой машиной.

Я не стоял на месте. Сервоприводы моего доспеха пели свою собственную песню, позволяя двигаться с нереальной грацией и скоростью. Я смещался, уклонялся, отступал ровно на столько, чтобы лезвие секиры проносилось в сантиметрах от моей брони. А когда уклониться было невозможно, я встречал удар щитом.

Бззззыыыы!

Голубая плоскость вспыхивала, принимая на себя всю мощь удара. Энергия, вложенная берсерком в атаку, обращалась против него же, отбрасывая оружие и заставляя его терять равновесие. Я не пытался парировать его секиру своим мечом. Мой клинок был всего лишь заточенным куском стали, но не артефактом. Против его зачарованного лезвия он был не прочнее стекла.

Однако клинок позволил мне несколько раз чиркнуть по незащищённым участкам между сегментами его брони на руках. Вот сейчас ещё разок… Чик! И ткань рукава расползается, напитываясь кровью. Очень раздражает, верно? Цель уходит от атак, парирует удары и кусается, оставаясь вне досягаемости благодаря длине клинка.

Боров рассвирепел ещё больше. Он перестал целиться, перейдя в режим кровавой ярости. Его глаза залились кровью. Он просто молотил перед собой, надеясь, что один из ударов достигнет цели. Вот он занёс секиру обеими руками над головой для сокрушительного удара сверху вниз. Мышцы на его руках вздулись, руны на броне и оружии полыхнули с удвоенной силой. Он вложил в этот удар всё.

Это и стало его ошибкой.

На этот раз я не отступил, а рванулся вперёд. Моя правая рука, сжимавшая меч, взметнулась вверх. Не рубящий, а короткий колющий удар. Клинок вошёл точно под незащищённую нижнюю челюсть, перерубив кожаный ремешок шлема. Сталь пробила кожу, мышцы и внутренние перегородки черепа, вонзаясь прямо в мозг.

Глаза Борова расширились от шока. Рёв захлебнулся кровавым хрипом. Руны на его броне и секире моргнули в последний раз и погасли. Огромное тело обмякло. Я шагнул назад, выдёргивая меч. Берсерк рухнул на колени, а затем завалился на бок, как подкошенное дерево. Его секира со звоном брякнулась на плитку рядом.