Книга Инженер. Система против монстров 7, страница 119 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Меню «Фракция». Вкладка «Хранилище». Кнопка «Внести предмет». Просто перетаскиваешь иконку из своего инвентаря в общее поле. Или касаешься предмета в реальности и выбираешь «Отправить в Хранилище».

Борис послушно выполнил инструкции.

— О! Пошло! — обрадовался он, когда банка с соленьями растворилась в воздухе. — Ух ты! А обратно как?

— Так же, только наоборот, — терпеливо пояснил Тень. — Выбираешь предмет, жмёшь «Забрать».

Медведь, до этого молча наблюдавший за процессом, нахмурился.

— Погоди, Илюх. Это что же получается? — спросил он подозрительно. — Общий котёл? Коммунизм? Любой хмырь может залезть и взять, что хочет? Мой пулемёт? Мои консервы? НАШЕГО СОМА⁈

— Нет, — покачал головой ассасин. — Алексей настроил права доступа. Хранилище разбито на разделы, как папки на компе. «Оружие», «Техника», «Материалы», «Медицина», «Одежда» и так далее. У каждого члена фракции свой доступ. Рядовые смогут брать только паёк и расходники. Нам открыто всё. Лидер может закрыть любой предмет личным паролем.

Борис расхохотался, хлопнув себя по ляжкам.

— Слыхал? Система! Всё предусмотрено! Представляю, как Сокол сейчас локти кусает! У него ж раньше пацанский доступ был! А теперь точно остался только к разделу «Швабры и вёдра»! И то, по талонам!

При упоминании позывного предателя улыбка на лице Медведя мгновенно погасла. Он ссутулился, плечи опустились, превратив могучего воина в уставшего, постаревшего человека. Он отвёл взгляд.

— Сокол… — глухо произнёс он. — Мы ж с ним… в огонь шли. Он мне спину прикрывал, когда на нас стая Псов напала, ещё до встречи с вами. Я думал… нормальный парень. С гнильцой, конечно, бабник, трепло… но чтоб такое…

Борис перестал смеяться. Он подошёл к другу и положил тяжёлую руку ему на плечо.

— Мишаня, — тихо сказал он. — Чужая душа — потёмки. Особенно в таком мире. Кто ж знал, что он такой гнидой окажется? В бою он был нормальным, а как на дне оказался, жопу припекло, так всё говно и полезло. «Все стреляли, и я стрелял. Все насиловали, и я насиловал». Тьфу! Приспособленец, мать его. Не наша вина. Забудь. Нет больше Сокола. Есть предатель, и он своё получит.

Медведь помолчал, глядя в пол, потом тяжело кивнул.

— Да. Ты прав. Получит.

Они продолжили сборы, теперь уже гораздо быстрее, отправляя в бездонное чрево Фракционного Хранилища всё, что попадалось под руку: крупы, консервы, посуду, инструменты. Дом стремительно пустел, превращаясь из жилого убежища в холодную коробку.

Около камина-печи Борис наткнулся на маленький мешочек из тёмно-синего бархата с серебристым шнурком.

— О, порошок Искры! — воскликнул он, подбрасывая находку на ладони. — Для бездымного пламени. Забыла, растяпа. Это я в общаг не кину, сам отдам.

Берсерк оглядел опустевшую гостиную. Диваны, кресла, пушистый ковёр.

— Знаете, — вдруг с ностальгией сказал он. — А мне тут нравилось. Уютно было. Спокойно. Как на даче. Жалко уезжать. В отеле этом… там не то.

Тень посмотрел на него и сказал:

— Никто не мешает отгородить часть западного крыла под личные апартаменты. Для внутреннего круга. «Старой гвардии». Сделать там гостиную, камин, диваны притащить. Будет своя зона комфорта. Без посторонних.

Глаза Бориса и Медведя одновременно расширились.

— Слышь, Миша! — восхитился Борис. — А ведь Илюха дело говорит! Сделаем себе берлогу! С бильярдом! И с баром!