Книга Инженер. Система против монстров 4, страница 36 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Из светящихся багровыми огнями глаз монстра ударили лучи.

Я никогда не верил в ад. В том религиозном смысле, с котлами и чертями. Но в момент, когда из глаз Гнилозуба-Клешневика ударили лучи, я понял, что ад — это не место. Это состояние. Состояние, когда реальность рвётся на части под натиском чего-то чуждого, невозможного и смертоносного.

Это не походило на лазеры в привычном понимании. Не те узкие, почти невидимые потоки света. Это были плотные копья чистой багровой ярости. Они вырвались из глазниц монстра с сухим треском, словно разряд статического электричества, усиленный в тысячи раз. Пространство вокруг них исказилось от жара. Воздух закипел.

Первый залп оказался хаотичным. Монстр, ослеплённый яростью, просто выплеснул свою мощь, не целясь. И двор превратился в полигон для испытания оружия Судного дня.

Один луч ударил в песочницу. Песок мгновенно расплавился, превратившись в стекловидную, кипящую массу. Второй луч чиркнул по металлической горке, и та со скрежетом сложилась пополам, её края оплавились и потекли, как воск. Третий прошил насквозь ряд ржавых гаражей-ракушек.

Четвёртый луч уничтожил старый тополь у подъезда. Дерево просто взорвалось, разлетевшись на миллионы щепок, словно в него попал артиллерийский снаряд. Ещё несколько лучей вспороли асфальт, оставляя глубокие, дымящиеся борозды, и впились в стены панельных домов, выбивая из них куски бетона размером с холодильник.

Стимулятор «Звериная сила» ещё действовал, спасая мне жизнь.

Он превратил моё тело в совершенный механизм уклонения. Подстёгнутый адреналином мозг вычислял траекторию лучей и дёргал за ниточки рефлексов. Я буквально жопой чуял, куда ударит следующий луч. Ноги сами отталкивались от асфальта с силой, способной сломать кости обычному человеку. Я нырял, уворачивался, скользил, используя брошенные машины как временные укрытия. Мир превратился в смертельный балет, мать его!

Ярость, которую давал стимулятор, требовала боя, рвалась наружу, умоляя броситься на монстра и врубить секиру в его хитиновый панцирь. Но холодный рассудок держал зверя на цепи. Толчок ногами, и я, словно выпущенный из пращи камень, пролетаю пять метров влево, приземляясь в низкой стойке. Багровое копьё света пронзает то место, где я только что находился, и сжигает дотла старую деревянную лавочку.

Ещё прыжок, отталкиваюсь от стены гаража так, что под подошвами прогибается металл. Я взмываю в воздух, перелетаю через искорёженные качели и приземляюсь, впечатывая берцы в песок. Вокруг меня адская дискотека. Лучи режут воздух, выжигают узоры на стенах, превращают мир в хаос огня и разрушения.

«Контроль! — орал рассудок. — Это коллимированное излучение! Тепловые копья! Он не может долго поддерживать такую мощность! Перегреется или кончится мана!»

Но монстр и не думал перегреваться. Он прекратил стрельбу так же внезапно, как и начал, и снова издал оглушительный рёв. Десятки глаз сфокусировались на мне, и я понял, сейчас он будет целиться.

И в этот момент тишину разорвал другой рёв. Человеческий. Яростный.

— ЗА ВДВ! — донеслось со стороны проезжей части.

Я резко обернулся. Сердце ухнуло куда-то в пятки, а потом взорвалось праведным гневом.

Они не уехали. Они вернулись. ИДИОТЫ!!!

Из-за угла появились четверо. Впереди, сияя золотой аурой, бежал Варягин. Его «Священный Клинок» оставлял в запылённом воздухе светящийся след. За ним, топая как два разъярённых носорога, неслись Борис и Медведь. А замыкала эту процессию смертников Искра. Её рыжие волосы растрепались, а лицо искажала гримаса ярости и боевого азарта.