Книга Инженер. Система против монстров 3, страница 53 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Я сам её защищу! — прорычал Варягин. Его лицо исказилось от гнева и страха за дочь.

— А если вас не будет рядом? — парировал я. — Что тогда? Вы не вечны, Варягин. Никто из нас не вечен. Сегодня она приручит двух ослабленных, усыплённых Шипохвостов первого уровня. Завтра сможет подчинить себе стаю Мутировавших Псов. А через год, может быть, она сможет управлять Громилой или чем-то покруче. Вы хотите, чтобы ваша дочь пряталась за вашей спиной всю жизнь, или чтобы она смогла повести за собой армию монстров? Кто защитит её надёжнее?

Я сделал паузу, давая ему переварить мои слова.

— Подумайте вот о чём, командир, — я понизил голос. — Да, Олеся ребёнок. Ей восемь лет. Но она будет получать опыт в любом случае. И у неё есть два пути. Первый — это убийство. Она может взять в руки нож или пистолет и начать убивать. Получать опыт за кровь, за смерть. Дети очень восприимчивы. Легко учатся. Хорошему и плохому, особенно если это поощряется взрослыми. Хотите, чтобы ваша дочь стала хладнокровным убийцей? Пара лет в этом мире, и из неё получится отменная убивашка.

Варягин молчал. Его лицо стало пепельно-серым.

— А есть второй путь, — продолжал я, наступая. — Путь её класса. Путь приручителя. Она может получать опыт не за убийство, а за созидание. За установление связи, за то, что превращает врага в союзника. Что лучше для психики восьмилетней девочки, командир? Притащить вам труп мутанта или нового ручного питомца? Что лучше, опыт за отнятую жизнь или опыт за жизнь, которую она подчинила своей воле? Выбор за вами. Но подумайте о том, кем она станет уже в ближайшем будущем, если пойдёт по первому пути. И кем, если по второму.

Тишина в комнате стала оглушительной. Все смотрели на Варягина, ожидая его решения. Искра, до этого готовая отпустить очередную шутку, стояла с серьёзным, задумчивым лицом. Борис хмуро переводил взгляд с меня на паладина. Даже Сокол, выглядывавший из тамбура, казалось, задумался.

Мой аргумент был жестоким, но неоспоримым. Я бил по самому больному. По будущему его дочери. Бил осознанно, потому что забочусь не только об Олесе, но и о судьбе своей группы. Нашей группы, раз уж мы, по всей видимости, уже не разойдёмся.

Варягин долго молчал. Он смотрел на меня, и в его глазах бушевала буря. Гнев, страх, отчаяние, любовь к дочери… и холодный расчёт командира, который только что услышал неопровержимый тактический довод.

Наконец, он медленно выдохнул.

— Ты… — он начал, но осёкся. Потёр лицо ладонью. — Ты тот ещё манипулятор, инженер.

— Я прагматик, — спокойно ответил я. — И я хочу, чтобы наша группа была сильнее. А Олеся — это наш скрытый козырь. Возможно, самый сильный из всех.

Варягин снова замолчал. А потом кивнул. Один короткий, резкий кивок.

— Хорошо. Но если хоть один волос упадёт с её головы… я разберу тебя на запчасти. Лично.

— Договорились, — кивнул я в ответ, чувствуя, как напряжение отпускает.

Победа. Маленькая победа в битве за будущее нашей стаи.

— Ой! — выдохнула Олеся. — Папа, смотри! Кошечки!

Её огромные голубые глаза с любопытством уставились на спящих монстров. Шипохвосты выглядели жалко и одновременно жутко. Спутанная, облезлая шерсть, неестественно вытянутые уши, голые хвосты с костяными шипами на концах. Даже во сне их тела были напряжены, как сжатые пружины.