Книга Гарем на шагоходе. Том 13, страница 226 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Прочь с дороги, пушистая дрянь! — рявкнул он, замахиваясь, чтобы грубо оттолкнуть её. — Я не собираюсь больше…

Договорить он не успел. Сэша провела приём. Пышные юбки взметнулись белым облаком, и её изящная ножка в туфельке нанесла сокрушительный удар точно в пах.

Звук был такой, словно кто-то пнул спелый арбуз. Магнус издал тонкий, задушенный писк и сложился пополам, оседая на мраморный пол. Его лицо приобрело цвет болотной тины.

Я сделал ещё глоток шампанского. Прекрасный букет.

Мои жёны, прекратившие прятаться от фейерверков, с интересом наблюдали за экзекуцией.

— Смерть Кощеева в яйце, — заметила Кармилла.

Роза с искренним любопытством наклонила голову к плечу и уточнила:

— В левом или в правом?

Лекса хмыкнула и резюмировала с мрачным удовлетворением:

— Не важно. Сэшенька приготовила всмятку.

А кошкодевочка уже наклонилась над поверженным противником, схватила его за руку и с неожиданной силой потащила обратно к столу. Магнус, всё ещё корчась и тихо подвывая, скрёб ботинками по мраморному полу, не в силах сопротивляться.

— Пойдём, пойдём, глупенький! — щебетала Сэша, сверкая счастливой улыбкой. — Ты ещё не пробовал торт. Покушаешь сладкого, и всё пройдёт, кити-кити!

Я отсалютовал бокалом этой сцене, чувствуя, как в душе разливается покой.

— Семейная идиллия, — произнёс я.

Одно из витражных окон со звоном выкрошилось полностью, и в образовавшемся проёме, грациозно махая крыльями, показалась Миранда Фифи. Её оперение было слегка подпалено, видимо, досталось от вылетевших на улицу «снарядов». Но глаза сияли неподдельным восторгом.

— Дорогие зрители! — закричала она в свой микрофон, перекрикивая грохот салюта. — Как мы и ожидали, свадьба капитана Волка прошла с истинно царским размахом! Настоящий фейерверк страстей! Роскошь, блеск и неминуемые разрушения!

Я посмотрел на всё это. На гору подарков, некоторые из которых начали тлеть. На жену-кошку, которая только что потушила рубашку Магнуса морсом из графина. На Кристалл, задумчиво пробующую торт пальцем. На шушундриков, которые с энтузиазмом запускали новые ракеты и радовались, как дети.

СВАДЬБА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО УДАЛАСЬ, КАПИТАН.

Храм Божественного Полигамия после нашего свадебного переполоха напоминал поле боя после дружеского матча по регби между командой киборгов и взводом миносов. Гости, оглушённые пафосом и фейерверками, медленно расползались, оставляя за собой шлейф из лепестков роз, битых бокалов и недоумения.

Отец Евлампий, выжатый, как лимон, но довольный щедрым пожертвованием, благословил нас в последний раз и скрылся в своих покоях, бормоча что-то про «упадок нравов» и «необходимость переписать Кодекс».

Мы же отправились в самый дорогой отель Лиходара и поселились в зарезервированном для нас президентском люксе. Апартаменты для молодожёнов впечатляли. Хотя «апартаменты» — это слишком скромное слово. Мы арендовали целый этаж. Личный, персональный, свадебный этаж, который будто проектировал тот же безумный кондитер, что и храм любвеобильного бога, но на этот раз под воздействием тяжёлых галлюциногенов.

Гигантская круглая кровать в центре комнаты, заваленная таким количеством подушек, что на них можно разместить население небольшого города. Потолок, расписанный херувимами, которые смутно напоминали пухлых младенцев с крылышками и плазменными винтовками. И джакузи. Джакузи размером с бассейн, из которого шёл пар, пахнущий розами.