Книга Гарем на шагоходе. Том 13, страница 169 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Обойдёмся без некрологов, — проворчал я.

Я сжал Гиперкуб. Последняя комбинация. Та, что должна вырвать нас из этого застывшего мгновения смерти и перебросить через пространство и время прямо в заботливые руки Лии. Повернул секцию.

В ту же долю секунды я успел заметить, как лазерный луч Горыныча дрогнул, возобновляя своё движение. Свет ослепил меня.

А затем реальность разорвалась на куски.

* * *

Мы рухнули на идеально чистый белый кафель реанимационного отделения «Нового Гиппократа» с таким грохотом, будто сбросили грузовик с металлоломом.

Время для них запустилось снова.

— … ХОДЕ!!! — закончил свой крик Беркут и тут же зашёлся жутким, влажным кашлем, выплёвывая кровь на стерильный пол.

ГарРок с грохотом рухнул на кафель. Его цепные пилы полностью выдвинулись и с визгом включились, высекая искры из пола. Медсёстры взвизгнули хором.

Сайлен взвыла от боли в сломанной руке, изрыгая многоэтажные проклятия на арктурианском. Квул-Мог застонал, шевеля щупальцами. Пип и Поп выкатились из общей кучи и с писком заметались по палате.

— Они здесь! — крик Лии прорезал какофонию стонов и ругани. — Быстро! Все по местам!

Врачи и медсёстры, до этого стоявшие в оцепенении, сорвались с мест. Это была потрясающая картина. Медики, привыкшие лечить аппендицит и переломы, бросились спасать инопланетян и кота.

— Арктурианку на стол! Фиксируйте конечности, пену на панцирь! — командовала Лия.

— Слизня в ванну! Осторожно, он горячий!

— Жабу на сдвоенные койки! Да не бойтесь вы, он не кусается, он в отключке! А этому серому гиганту с пилами немедленно вколите тройную дозу слоновьего транквилизатора! И снимите с него доспех! А муху в барокамеру, у него фасеточные глаза пересохли от дыма, и протрите ему крылья физраствором!

Санитары с носилками подлетели к Беркуту. Старый капитан лежал на полу, тяжело дыша. Он моргал, пытаясь осознать смену обстановки. Секунду назад он сидел в горящей рубке, ожидая смерти от лазера Великого Волота, а теперь лежал в светлой, пахнущей антисептиками комнате, окружённый людьми в белых халатах.

Я опустился перед ним на одно колено.

Беркут сфокусировал на мне взгляд. Снова моргнул. Ещё раз.

— Волк? — прохрипел он, не веря своим глазам. — Какого… где мы? Мы… сдохли? Вальгалла выглядит как поликлиника номер четыре?

— Нет, старина, — сказал я, чувствуя, как по лицу расползается искренняя, усталая улыбка. — Мы живы. Ты жив. Твой экипаж жив.

Беркут перевёл взгляд на суетящихся врачей, на Сайлен, которой накладывали шину, на Глёрпа, которого поливали из шланга в гидромассажной ванне. Его челюсть медленно поползла вниз.

— Но… лазер… Горыныч… я же видел…

— Я решил проблему, — просто сказал я, похлопав его по здоровому плечу. — Считай это магией. Или чудесами логистики. Отдыхай, капитан. Твоя война на сегодня закончена.

Беркут смотрел на меня долгих пять секунд. В его холодных голубых глазах читалось абсолютное непонимание, граничащее с шоком. А потом он просто закрыл глаза, шумно выдохнул и едва заметно кивнул.

— Ладно, — пробормотал он, позволяя санитарам переложить себя на носилки. — Раз уж мы живы… с меня ящик лучшего пойла, волчонок.

— Замётано, — ответил я, поднимаясь на ноги.

Отошёл к стене, прислонился к холодному кафелю и посмотрел на этот управляемый хаос. Лия творила чудеса, её симбионты светились, стабилизируя самых тяжёлых. Врачи работали слаженно. Альпы стояли в коридоре, с интересом наблюдая за происходящим, а Роза пыталась успокоить шушундриков, сплетая для них из лиан уютную корзинку.